– А во сколько вы ушли?
Галина Степановна замялась:
– Ну… поздно. Часов в десять, наверное.
– И Нина Петровна была жива, когда вы уходили?
– Конечно! Я же не убийца какая-нибудь!
Персик в это время обследовал уборочную тележку Галины Степановны. Вдруг он принюхался к ведру для мусора и громко зашипел.
– А что это у вас в ведре? – спросила я, заглянув туда.
На дне лежали какие-то рыбьи кости и упаковка от корма для кошек.
– Это что, корм для Персика? – удивилась я.
– Ну да, – нехотя ответила уборщица. – Нина Петровна попросила его покормить. Говорит, задержится на работе, а кот голодный ходит.
– А откуда у вас корм?
– Она дала. Сказала, что это особый корм, дорогой, с витаминами.
Я взяла упаковку и прочитала этикетку. Обычный корм, ничего особенного. Но Персик продолжал шипеть и пятиться от ведра.
– Галина Степановна, – сказал следователь, – а вы не помните, во сколько именно кормили кота?
– Часов в восемь, наверное. Может, чуть позже.
– И что было дальше?
– Ничего особенного. Кот поел и лег спать. А я продолжила уборку.
– А Нина Петровна что делала?
– Работала. Все время что-то печатала на компьютере, телефонные звонки принимала.
– Кто звонил?
– Откуда мне знать? Я же не подслушиваю!
Но я заметила, что Галина Степановна врет. Глаза бегают, руки трясутся. Персик тоже это чувствовал – он недоверчиво смотрел на уборщицу.
– Галина Степановна, – мягко сказала я, – а вы случайно не знали о проблемах в фирме? О том, что кто-то ворует деньги?
Женщина побледнела:
– Какие еще проблемы? Я уборщица, мне какое дело до ваших денег?
– Но вы же видели, что директор и Нина Петровна ругались?
– Ну, видела. И что? Начальство всегда ругается.
– А о чем они ругались?
– Не знаю! Не слушала я их!
Опять ложь. Персик подошел ко мне и лег на ноги, словно защищая от этой неприятной женщины.
– Хорошо, – сказал Комаров. – А теперь расскажите правду. Что вы слышали вчера вечером?
Галина Степановна вздохнула и села на стул:
– Ладно, слышала я их разговор. Виктор Семенович приходил к Нине Петровне часов в восемь вечера. Кричал, что она всех погубит своим упрямством. А она отвечала, что не позволит воровать государственные деньги.
– И что было дальше?
– Он ушел, хлопнув дверью. А Нина Петровна заплакала. Говорила что-то про то, что жить стало страшно.
– Она боялась?
– Да, очень. Говорила, что если с ней что-то случится, то виноват будет Виктор Семенович.
– И вы ей не помогли?
– А как я могла помочь? Я же простая уборщица. Мне бы свою работу не потерять.
Я вспомнила слова Людмилы о том, что у Галины Степановны были конфликты с Ниной Петровной из-за зарплаты.