— М-да. Придётся опять в Кром идти. Надо с Трувором разговаривать. А тебе придётся за строительством университета присматривать. Я-то скоро уеду.
— Я с тобой.
— Ну, куда ты со мной? Ведь обговорили вроде бы всё и снова начинаешь? И ладно бы если мы в походе всё время на струге находились, так ведь нет. Сколько придётся ножками поработать? Что ты делать будешь? Где отсиживаться? Нас только сдерживать будешь, свяжешь по рукам и ногам.
— Вот так всегда. Сам же рассказывал, как на побережье здорово, какие там пляжи, какое солнце! Заманивал, соблазнял красотами. А я, такая наивная, поверила. И что в итоге? Теперь опять один уйдёшь? А я? Что я тут одна делать буду? Кому я нужна и кто меня тут без тебя слушаться станет?
— Во-первых, ты не одна будешь. Любава с Миленой есть, Головня, княгиня, в конце-то концов. Помогут, поддержат. Все вопросы вместе решите. И ты не стесняйся, если что непонятно будет, смело их спрашивай. Ты же боярыня! Это во-вторых. Ты после Трувора тут вторая по значимости, помни об этом.
— Ага, вторая. Это как так? А княгиня?
— В смысле после княжеского сословия наше, боярское, следом идёт.
— В этом смысле? Понятно. А Горивой? Как потащит меня в свои подвалы, лубянские, за что-нибудь…
— Ну что ты глупости болтаешь? Какие подвалы? О чём говоришь? Вот сходим к волхвам, потом обязательно поговорим с князем, обсудим всё, договоримся со всеми. Сама посмотришь, послушаешь. А тебе дело своё нужно. В тереме сидеть всё время, волком от безделья взвоешь. Да и не для того мы сюда пришли, так ведь?
— Так. Я уже так же думала, иначе не стоило и тащиться сюда.
— Ну вот. Не бойся, Всё хорошо будет. А потом новый кораблик лично для нас с тобой построим, хороший, удобный и безопасный. Обещаю, что вокруг Европы обойдём, всё посмотрим, все пляжики посетим. Может, ещё и Америку с Австралией откроем?
После этого, такого памятного для меня разговора и завертелись наши дела. Определились с местом застройки под университет, подобрали под это подходящий участок за рекой Псковой, на высоком обрывистом берегу, почти напротив моей крепости. Начали расчищать и размечать строительную площадку, за основу взяли уже известные проекты из нашего времени. Правда, сильно скорректированные для настоящего. Волхвы обещали полную поддержку моей супруге. Что радует, так это то, что к женщинам в этом времени относятся совсем не так, как написано в книжках. У них такой же полноправный голос на вече, как и у мужчин. А уважения и внимания даже больше.
Это потом, значительно позже власть своими руками порушила основу своих государств. Когда сделала из них просто рожениц-производительниц для компенсации постоянно и катастрофично убывающего населения в своих княжествах, обнищавших и измотанных междуусобными войнами. Когда позволила огромными караванами угонять молодиц в неволю и на рабские рынки, где они регулярно рожали до полного износа новых воинов чужим государствам. Когда лишили их права голоса… Именно тогда и потеряли мы эту великую для нашей земли ценность — гордость за своих женщин, за себя и свою Родину!