У меня уже есть студенческий и читательский билет имперской академии. Почему бы мне не получить и комплект учебников для первого курса военно — космического факультета. Я чувствую большое желание учиться, меня очень интересует российский военный космос.
Сходить первый раз в академию можно будет уже завтра, но для этого надо будет одеться соответствующим образом. А сегодня с утра, мы договорились с Василием порыбачить на море.
Я звоню ему, и через четверть часа мы быстро спускаемся на байках к берегу Чёрного моря.
— Как же это ты, Василий, такой разумный парень, и вдруг боишься каких — то там сыкух с так называемыми паранормальными способностями, — спрашиваю я своего камердинера.
— Я не боюсь, ваша светлость, я опасаюсь. И есть на то веские причины.
— Ну, ну, расскажи, я люблю слушать страшные истории про зеленоглазых и хвостатых.
Мы подъезжаем к берегу морю, в местечко, где большие камни отпугивают отдыхающих, но привлекают рыбаков потому как там ловится рыбка покрупней, и никто не мешает…
Мы отвязываем от рамы велосипедов новенькие посылистые бланки дорогущих, только что купленных ультролайтовых спиннингов с названием «Русский графит» и клеймом «сделано в Сочи», и Василий начинает рассказ:
— На так давно, ваша светлость, у нас в полиции, а я работаю там младшим сотрудником в аналитическом отделе, произошёл такой необъяснимый и трагический случай. Жильцы одного многоэтажного дома массово начали жаловаться на повышенную смертность среди пожилых людей в их многоэтажке…
— Да, невесёлое начало, — говорю я, рассматривая тест на бланке своего спиннинга. Там значатся цифры: 0.12 — 2.68 грамма. Такие показатели я ещё не видел, и они меня впечатляют.
— Так вот, — продолжает Василий. — Причиной такой повышенной смертности жильцы этого дома называют четырёхлетнюю, очень бойкую девочку, которая с утра до вечера гуляет у них во дворе.
— Очень интересно, — говорю я и привязываю вольфрамовую мормышку весом в 0.8 грамма к тончайшему нанофилу.
Василий ловит на дропшот и уже делает проводку.
— Эта самая девочка, по словам жильцов, очень громко кричит у них под окнами. Её крик, точнее визг и является причиной смерти многих… Мы приезжаем в этот дом, встречаемся с этой девочкой и её мамой.
— Папы, конечно, у них нет, — говорю я и легко забрасываю мормышку с подсадкой силиконового мотыля метров на двадцать пять.
Василий усмехается.
— Да, у этой девочки нет отца, а у матери супруга.
— Он их оставил, подлец, — говорю я.
— Нет, он скоропостижно скончался в молодом возрасте.
Теперь усмехаюсь я, и благополучно вытаскиваю первую свою черноморскую ставридку за долгие годы… Хочу выпустить её в воду, но Василий уже раскрывает садок и говорит: