Такую можно скрутить в бараний рог и воспитать под себя.
Либо Диана хорошо играет милую скромную девочку, а сама под этой косой, чистым лицом — зубастая акула.
— Это очень мило, что Герман помог тебе реализоваться, — продолжает с восторгом вещать Диана.
— Боюсь, это не моя заслуга, — Герман тянется к стакану воду. — Анфисе родители помогли с бизнесом и реализацией ее талантов. Это было обязательное условие перед нашей свадьбой. Она должна была открыть свое дело, о котором мечтала.
— Оу… — опешив, ойкает Диана, но через секунду с улыбкой продолжает, — тогда родители у тебя молодцы.
— Вот с эти соглашусь, — киваю я.
— А я спорить не буду, — Герман хмыкает. — Есть чему у них поучиться.
В его кармане вибрирует телефон, который он выуживает с недовольным вздохом. Пялится в экран и встает:
— Так, девочки, на пару минут вас оставлю.
— А кто звонит? — спрашивает Диана.
Точно все серьезно, раз она позволяет себе такие вопросы.
— Отец, — отвечает Герман и торопливо покидает зал уютного кафе с деревянными стенами и яркими цветными креслами.
Молчим с Дианой, и я какбы понимаю, что должна сейчас из вежливости поинтересоваться, как она познакомилась с Германом, и просто расспросить о ее жизни.
Если Герман решил меня с ней познакомить, то будет свадьба, и наш сын с дочерью получать к нынешним проблемам вторую жену любимого папочки.
— Анфиса, — Диана взволнованно поглаживает край столешницы, поднимает взгляд и шепчет. — Надеюсь, у нас выйдет подружиться.
Лучше бы она спросила, почему мы с Германом развелись, а не верила в дружбу с бывшей женой, которая хапнула дерьма от мужа.
— И с детками тоже…
У меня глаз дергается. Уже и про деток моих думает?
Не о том ты беспокоишься, дорогуша.
— Герман говорил, что у вас был тяжелый развод, — Диана кусает губы.
— Да я бы так не сказала, — взгляда не отвожу.
— Для него был тяжелым, — поправляется Диана и слабо улыбается. — Но все это в прошлом. Он готов идти вперед. Со мной.
Глава 2. Какого черта?
Два года назад
— Привет, — улыбаюсь я и без стыда сажусь за стол, а за ним замер мой муж и его любовница, с которой он решил красиво отужинать под живую музыку.
Она — в узком черном платье, в дорогих блескучках на шее и в ушах.
Он — в строгом твидовом костюме, сшитом у одного из итальянских мастеров на заказ. Герман у меня — эстет.
А я в синем спортивном костюме. Цвет уже немного вымылся из-за множества стирок, но, блин, это самый удобный костюм, а на встрече с любовницей мужа для меня главное — удобство.
В красоте, соблазнительности я уже проиграла, раз Герман пошел налево. Бессмысленно кому-то что-то доказывать высокими каблуками, обтягивающими платьями.