— Исток, — произносит Рик. — Сердце Империи.
В центре зала возвышается кристалл.
Рик отпускает моё запястье. Делаю шаг.
Летописи лгут, называя Исток прекрасным: его красота не умещается в это слово. Небесный. Огромный. Выточенный из самого света. Каждая грань переливается оттенками голубого и серебра, будто внутри бьётся сердце мира.
Вскидываю голову: над кристаллом, прямо в воздухе, парит корона.
— Она живая, — шепчу, не в силах отвести взгляд.
Драконья корона медленно вращается вокруг своей оси. Считаю камни: один, два, три… шестнадцать. Похоже, ещё два скрыты в потолке императорских покоев.
Восемнадцать.
Неплохо, если вспомнить: в официальных источниках говорится, будто камней было меньше. Значит, остальные Рик вернул раньше.
— Зачем ты меня сюда привёл? — я оборачиваюсь к мужу.
— Показать настоящий масштаб игры. К тому же здесь мы можем говорить, и нас никто не подслушает.
— Кажется, я уже всё поняла, — произношу, озвучивая свои мысли про фрагменты, корону, Исток и принцессу.
— Да, всё верно, — он подтверждает мои догадки. — Эти камни… они не просто украшение. От них зависит не сила Империи, а моя собственная жизнь.
— Что ты имеешь в виду?
— Как ты догадалась, в потолке моей комнаты действительно вставлены камни из короны. Их свет поддерживает меня каждую ночь. Но через каждые три дня приходится менять пару.
В общем-то, всё просто. Он ставит их на зарядку. Вместо розетки и блока питания — Исток и корона.
Рик делает короткую паузу, проводит ладонью по лицу.
— Но так было не всегда. На магию влияет внешняя энергия. Иногда камни напитываются дольше обычного.
Молчу, боясь перебить.
— Вот почему чем больше у меня камней, тем лучше. А ещё я собираю редкие артефакты — они тоже влияют на скорость насыщения магией.
Когда разбиралась с Гласом в крепости, наткнулась на книгу об Истоке. Тогда пролистала, не вникая, но помню: могущественные реликвии можно жертвовать, усиливая источник.
Посох Таль, по легенде, — божественный артефакт. Неужели, изначально Рик хотел отдать его Истоку? Но… тогда он бы нарушил договор с матушкой.
Впрочем, о родовом наследии нечего переживать — посох спокойно висит в моей комнате, над кроватью. Потому с губ срывается самый важный вопрос:
— Ты хочешь сказать, если перестанешь менять камни, умрёшь?
— Не сразу, — Рик смотрит в сторону, будто не хочет, чтобы я видела его глаза. — Сначала просто исчезает магия. Разве я тебе не говорил, что мои потоки искажены?
Я закусываю губу. Да. Тогда, в крепости, когда я пришла к нему мириться. Мы проходили второе испытание, и Рик сказал, что не станет меня инициировать — его магия с изъяном, и только корона держит его в силе.