Алексей, конечно, похвалил меня за победу, не стал осуждать за поражение («ну понятно, мастер спорта целый, а ты еще не КМС даже. И правильно он поддаваться не стал») и, когда мы выехали на дорогу, я перевел тему на главную:
— Я туда ходил поглазеть-прицениться, там машинка с педалями стояла. Вот Кольке бы такую, по деревне рассекать. Но я не потяну — у меня восемь рублей свободных.
— Д-дать? — оживился Алексей.
— Не, на машинку добавить, — улыбнулся я.
— Жирно б-будет, — поморщился Юрин отец. — Ему т-три, рано еще. Я в ег-го годы санкам рад-довался.
— На вырост? — предположил я. — Но ты прав, маловат Колька.
— Но я бы на его м-месте об-брад-довался, — поразмыслил Алексей. — П-посмотрим, может в сб-беркассу заедем.
Сберкнижки многих советских граждан содержат в себе иллюстрацию специфической экономики: деньги есть, а тратить особо некуда. Впрочем, и в мое время, при капитализме, похожее бывало — ширпотреб есть, кушаешь хорошо, а собственность купить уже сложно.
— Если деньги не тратить, нафиг их вообще зарабатывать, — одобрил я.
— Жизнь тебя не б-била просто, — парировал Алексей. — Знаешь, как п-после в-войны т-трудно было?
— Не знаю, и, если честно, знать не хочу, — признался я. — Уверен, было плохо, но благодаря вам с мамой и мирному небу над головой мне об этом думать и не нужно.
— Оптимист, — хмыкнул Юрин отец.
С улыбкой — понравились мои слова. Но могли бы и нет — многие травмированные трудными временами люди почему-то уверены, что молодежь «не ценит» и «зажралась», мол, недостаточно дерьма в жизни поели. Я такого никогда не разделял, и больше всего на свете был рад тому, что мой сын живет лучше меня.
— А че «оптимист»? — пожал я плечами. — Давай модель построим. Возьмем худший вариант — начинается большая война с блоком НАТО. Ядерное оружие обе стороны не трогают. Проводится мобилизация, потребительские сектора экономики временно лишаются части кадров и мощностей. Цены расти не будут — их стабильность одно из достижений советской власти. Стандартный в случае большой беды вариант — распределение через карточки. Какой-то процент людей свои карточки за деньги, конечно, продаст, но в основном самим нужно. Куда заначку денежную девать? Так и останется на книжке.
— Транж-жирить л-легко, зараб-батывать — трудно, — заметил Алексей.
— Трудно, — признал я. — Но и жить в стиле «родился — накопил на книжке тыщи — умер» как-то грустно. Нужно и заначку на всякий иметь, и не бояться тратить на полезное. Восемь рублей у меня поэтому и «свободные», остальное — нз. И девушке подарок нужно купить.