Дорога вывела меня на широкую площадь, и я невольно сбавил шаг. Раньше тут топтался кривой рынок, а теперь высилось белокаменное здание с колоннами и распахнутыми дверями. Над входом красовалась художественная надпись, указывающая, что это за место. Возможно, даже Мася или кто-то из её учеников руку приложил.
Это была Академия, сердце изучения технологий. Но сейчас она работала вхолостую. Я заглянул внутрь, прошёл мимо столов с грудами папируса и свернул в крыло, откуда доносились голоса. Сад размышлений, как его громко окрестили, оказался обыкновенным внутренним двориком с лавками и парой чахлых деревцев, зато спор там кипел нешуточный.
— Камень падает вниз, потому что стремится к своему естественному месту, — горячился сухонький гоблин в чернильных пятнах. — У всего тяжёлого место внизу, у всего лёгкого — наверху. Это очевидно!
— Чушь собачья, — лениво отвечал ему второй, развалившийся на лавке. — Если камень стремится вниз сам по себе, отчего он не падает, пока я держу его в руке? Ждёт разрешения? Нет. Его что-то тянет. Невидимая сила. И она тем крепче, чем тяжелее предмет. Вот запишут моё рассуждение в Архив и через сто лет вспомнят, кто первым додумался.
Сухонький аж задохнулся от возмущения, а я тихо порадовался тому, что философский диспут идёт по гоблинским, а не орочьим традициям. Иначе у меня учёные бы дохли, как мухи.
Спорщики с лавки, сами того не зная, нащупывали основу под закон всемирного тяготения и базу гравитации, на которые в моём прежнем мире извели не одну сотню лет. Я едва удержался, чтобы не шепнуть им ответ. Но невидимый подсказчик довёл бы бедолаг до заикания, а может, и чего похуже. Лучше пусть и дальше спорят о законах мироздания.
Их спор прервала женщина, заявив, что, вообще-то, обед давно закончен и пора возвращаться к работе. Они оба развернулись и отправились к камням мудрости, что скрывались за кустами и папоротниками. Надели повязки на лоб и стали синхронно молотить головами, приговаривая с каждым ударом: «Как создать матрас».
Нет, ну это не технологии они изучают, они прикладными науками и чертежами занимаются. Дело хорошее, пусть улучшают своими изобретениями жизнь империи. Матрас так вообще — похлеще ГЧС задача!
От Академии я двинулся дальше, доверившись звукам. Где-то рядом играла музыка и кто-то хлопал в ладони. На краю площади полукругом раскинулся амфитеатр. Каменные скамьи спускались уступами к утоптанной сцене, а народ только-только расходился после утреннего представления, гудя и посмеиваясь. У бокового входа двое актёров стягивали размалёванные маски, а рядом приплясывал тощий гоблин с исписанным свитком. По виду — их драматург.