Бой длился минут двадцать. Мы перемололи около сотни берсерков и никого даже не потеряли. Хотя о том, чтобы идти дальше, не было и речи. Все устали… Многие получили уровни и освежились, но всё равно требовался отдых, чтобы морально восстановиться, а раненым — помощь лекаря.
Но и отдохнуть нам не дали… Вереница новых, свежих мертвецов, с лоскутов ущербной одежды и шерсти которых падал песок пустыни, двинулась в нашу сторону.
— Все, кто может идти вперёд, за мной! — Я перехватил «Афония» и двинулся первым.
Сразив с десяток мертвецов и пройдя несколько поворотов, мы наконец-то оказались перед залом, который отличался от всех прочих. И его можно было бы назвать чем-то вроде мастерской или лаборатории.
В центре зала, ровно посередине, стояла фигура в рваном балахоне с обманчиво успокаивающей зелёной надписью над головой:
Гробовщик (ур. 25)
Худой, длиннорукий, с черепом, обтянутым серой кожей, и зелёным огнём в глазницах. Другими словами — некромант.
— Ну и уродливый… — произнёс один из кривоносых орков-щитовиков. — Даже уродливее тебя, Салбан.
Его друг, Салбан, не растерялся и сразу же совершил словесную контратаку, от которой мне захотелось рассмеяться:
— Почти как твоя жена, но недотягивает…
Назревающую перепалку остановил Орочи. Ну а мы с Гробовщиком встретились взглядами. Он явно злился на нас за вторжение. Прости, дружище, такая вот у тебя судьба…
Он начал колдовать, и мы все приготовились. Я велел убрать луки и не стрелять. Нужно было убедиться в своей догадке…
Пол задрожал, поползли трещины. Камень словно ожил и разошёлся в стороны, подобно ткани, и из слегка мерцающего зелёным светом провала начали подниматься гробы, прорастая, как грибы после дождя. Чёрные, каменные, размером с орочий саркофаг.
Они выдавливались из пола медленно, с каменным скрежетом, один за другим. Десять штук разом. Я с восторгом смотрел на это действие. И как только ритуал был завершён, крышки отъехали в сторону и из гробов поднялись мертвецы. Свежие, такие, как в последней партии. Уровни те же, экипировка, к сожалению, такая же никакая. Вот бы они с топорами в руках рождались, эх… Это была бы золотая, вернее, железная жила! Он прорычал, и мертвяки рванули в атаку.
Этот генератор нежити, создающий бойцов из гробов, был тем же типом монстра, что и Мать Умертвий! Если я его убью, то потеряю ресурс, который стоит дороже всего золота в этом подземелье. Маны на подчинение хватит с запасом, а Перстень Командора позволит отдавать ему приказы мысленно. У меня аж руки зачесались от перспективы…
— Слушайте все! — заорал я, перекрикивая грохот несущихся вперёд мертвецов. — Призывателя не убивать! Он нужен мне живым! Бейте призванных, а мага свалите и держите! Коржик, пусть муравьи скуют его руки, ноги и голову, как только мы расчистим путь!