— Вопрос чисто технический, — перебил я, стараясь сохранить невозмутимое лицо. — Мне не хочется, чтобы кто-то вроде Дыньки пострадал от неожиданных последствий своей бурной деятельности. Или чтобы мои командиры пали в битве не с врагом, а с болезнями. У нас в поселении сотни существ живут бок о бок, контактируют, спариваются… Мне нужно понимать риски.
Дионис вытер слёзы от смеха тыльной стороной ладони и с усилием воли взял себя в руки, хотя его плечи ещё подрагивали.
— Ладно, ладно. Успокоился… Отвечаю. Болезни в этом мире существуют, как и в любом другом. Простуда, лихорадка, расстройство желудка от несвежей пищи. Но Система работает как природный иммунитет. Каждый раз, когда существо получает новый уровень, исцеление сбрасывает все текущие недуги. Поблагодари за всё это Систему — величайшее чудо богов. Прибавь сюда естественную регенерацию от характеристик и получишь картину, в которой серьёзные эпидемии просто не могут набрать критическую массу. Они гаснут сами по себе, не успев распространиться. Так что нет, чумы и мора у вас не будет. Сифилис и прочие радости тоже отменяются при левелапах. Единственное, что Система не лечит, — это тяжёлые увечья. Потерянная рука не отрастёт, если только ты не ящерица с природными способностями к сверхрегенерации.
Я выдохнул с облегчением. Вот это действительно хорошие новости. С учётом того, как активно мои гоблины размножаются и какие у них нравы, отсутствие эпидемий снимает огромный пласт проблем. Теперь я могу не переживать, что Матрассийск вымрет из-за какой-нибудь гоблинской чумы, занесённой неизвестно откуда.
— Спасибо, — кивнул я. — Теперь хотя бы одной заботой меньше. Максимум мои зеленоухие любители ночной жизни свои шишечки сотрут. Но для этого надо сильно постараться.
Дионис хрюкнул, но смех сдержал.
— Ну всё, малой. Давай, топай к своим оркам. Удачи в переговорах.
Бог поднял кубок в салюте, подмигнул и растворился в воздухе, оставляя после себя лёгкий аромат виноградной лозы и ощущение, что я забыл спросить что-то очень и очень важное… Но вспомнить, что именно, не могу. Нет у меня ни блокнота для заметок, ни телефона…
Я поднялся с камня, размял шею и вернулся к каравану. Бойцы уже доедали свой перекус. Спартак с азартом показывал нескольким молодым гоблинам базовую связку из трёх ударов, которой научился у Пришвандикса. Гном ушёл, но его наследие живёт и множится. Повторюхи уже подглядывают, и скоро каждый второй в поселении будет крутить палку, воображая себя великим воином.
— Спартак, что-то ты спарринг с Орочи никак не начнёшь… — напомнил я ему.