Я остолбенел, не в силах отвести взгляда. Моя гоблинская часть души мгновенно дала о себе знать.
Тали заметила меня и остановилась. Встряхнула волосами, выжала хвост и медленно двинулась ко мне. Не испугалась, не закричала, не бросилась прикрываться. У меня сейчас кровь носом пойдёт…
— Стой! Оденься сначала! — нахмурился я, делая вид, что сержусь.
Она продолжила идти, игнорируя меня. На её теле виднелись синяки, царапины, следы верёвок на запястьях.
— Зачем? — спросила она ровным голосом. — Ты хозяин. Можешь приказать что угодно. Я готова.
Она остановилась в шаге от меня, и я отвёл взгляд в сторону, чувствуя, как щёки краснеют.
— Но знай, я не хочу спать с тобой, — чётко произнесла она. — Если прикажешь, выбора не останется. Контракт обяжет.
Я посмотрел на неё. В глазах читалась холодная решимость.
— Прям вообще не хочешь?
— Нет.
— На нет и суда нет. Меня другие твои таланты интересуют.
Девушка удивилась моим словам, это читалось по её лицу. Не такое оно и холодное, безэмоциональное и нечитаемое, как полагается ассасинам.
— Надеюсь… — Она сделала шаг вперёд, и я отступил. — Пусть твоя Астокарай с тобой ловкостью меряется, хвостом перед тобой виляет, — в голосе появились стальные нотки. — А я буду делать то, что умею. Ради достижения цели. Враги твои будут мертвы. Других убийц я устраню. Но для этого я должна быть вольной кошкой, не привязанной к твоей постели. Так что не мешай мне, ради своего же собственного блага.
Я выдержал паузу. Собрался с мыслями.
— Ты красивая и способная, этого не отнять — сказал я спокойно. — Но не перегибай палку. Я не озабоченный гоблин. И такую, как ты, к своей постели ни за что не подпущу. Даже если будешь проситься.
Она опустила взгляд вниз, глянула на мои штаны и хмыкнула:
— Ну да, конечно. Так я тебе и поверила.
— Мне неважно, поверила ты мне или нет. Я слежу за тобой, — продолжил я жёстко. — Может, ты и завоевала доверие Диониса, но не моё. Сперва покажи на деле, чего достойна. А уже потом можно будет говорить хотя бы об уважении и нормальном отношении. А то слишком много такая бесцеремонная леди, что любит убивать своих спасителей, думает о себе. Короны на твоей голове нет. Так что не виляй хвостом при мне. Здесь я вождь, и в твоих нравоучениях я не нуждаюсь. Будет интересно твоё мнение — обязательно спрошу.
Как закончил и убедился, что она в порядке и ничем нехорошим не занимается — ну, кроме того, что провоцирует меня своими кетранскими прелестями, — я развернулся и пошёл прочь. А Тали застыла, ошарашенная.
Потом тихий шёпот, едва различимый, донёсся до меня: