Только я начал обучение, как захотелось всё бросить к чертям… Мало того, что они дерутся за стрелы… Так они ещё и за самую «крутую» сцепились! Ту, что выросла под прямым углом…
— Становитесь в ряд! — велел я гоблинам, отходя от края прохода. — По три бойца. Первая тройка стреляет, пока стрелы не кончатся, потом отходит назад. Пополняет боезапас. Вторая выходит вперёд. Стреляет и тоже отходит. И так по кругу. И самое главное… — заговорил я чуть громче: — смотрите, куда целитесь! Враг внизу, а не сбоку от вас!
Гоблины выстроились, толкаясь и споря, кто в какой тройке. Шрам, Болт и Ма пробились в первую. Они натянули тетивы, высунулись из-за угла, прицелились. Болт закрыл один глаз, высунул язык от усердия. Ма держал оружие боком, непонятно, как он вообще собирался стрелять. Шрам хотя бы выглядел так, будто знает, что делает.
— Пли! — крикнул я.
Три стрелы полетели. Стрела Болта ушла влево, ударилась о стену, отскочила. Стрела Ма полетела почти горизонтально, воткнулась в щель между камнями. И только стрела Шрама полетела куда надо и воткнулась в плечо босса. В одно из многих…
Крысиный король взревел. Застучал от злобы зубами, заскрежетал когтистыми лапами. Попытался протиснуться к нам… Извини, босс, но у тебя одна только задница в два раза толще ширины прохода.
Он очень уж удачно застрял. Прям крепко. Эх, подойти бы да топором или копьём по нему поработать… Но лапы у него больно длинные, когтистые. Ещё зацепит… Не, ну его. Спасибо, Зевс, за помощь в зачистке подземелья! Сам бы я ещё долго по руинам ходил-бродил, не рискуя сунуть носа дальше.
— Готовься! Стрелы на тетиву… Пли! — крикнул я.
— Опять промазал… — расстроился Ма.
— Ничего. Это тренировка. Будете стрелять, пока не попадёте. Главное — не сдаваться. Вторая тройка, вперёд!
Во вторую тройку пробились Фонарщик, Пушкин и какой-то молодой гоблин без имени. Дантес обиженно сверкал фингалом. Новичок уверенно отстоял своё место во второй тройке и занял место рядом с его другом.
Натянули луки. Фонарщик явно нервничал, руки дрожали. Пушкин, наоборот, был слишком уверен, стоял развязно, словно на дуэли. Новичок — что-то среднее между этой парочкой.
— Пли!
Стрела дрожащего Фонарщика ушла высоко, куда-то в район потолка, неудачно отрикошетила дважды и упала около него. Стрела молодого гоблина попала в ногу босса. Неглубоко, правда, но сам факт! Молодец. А вот Пушкин… Пушкин промахнулся так, что его стрела полетела в сторону и едва не попала в Ма, стоящего поодаль.
— Э-эй! — отскачив, пробасил нервно Ма. — Ты что, ослеп⁈
— Извини, я не знаю, как так вышло! — оправдывался Пушкин.