— Лучше посмотрите.
Он спроецировал передо мной голограмму. На записи какая-то шпана лет десяти-двенадцати гоняла по двору паренька помладше. Тот, отбиваясь, кричал на них, называя уродами.
— Ты и вчера так говорил, когда мы тебя пинали! — заржал один из них.
Мальчишка, доведённый до отчаяния, вдруг рванул к одному из подъездов, откуда через пару минут выскочил с дробовиком. Его обидчики с визгом бросились врассыпную. Он догнал одного, прицелился… и тут оружие просто исчезло из его рук. Через секунду его уже снова награждали затрещинами.
Я покачал головой. Но в этой ситуации Сириус был прав. Оружие — не игрушка для детей. А теперь его ещё и отец дома накажет, когда обнаружит пропажу. Что ж, надо было прятать дробовик в сейф, если не хочешь неприятностей.
Пока я разбирал останки от Дрона-1, Сириус слетал куда-то ещё. Вернулся уже с двумя револьверами, которые небрежно кинул на стол, изображая ковбоя. Потом принёс сто двадцать рублей, сообщив, что ему «заплатили». На мой немой вопрос он лишь пожал манипуляторами.
Уссурийск
Съёмная квартира
Эльвира проснулась оттого, что лучи утреннего солнца пробивались сквозь щели в жалюзи, настойчиво щекоча веки. Она медленно открыла глаза, и первой мыслью было: «Какой странный сон».
Всё было слишком нереалистично. Побег из плена, внезапное появление брата, который выглядел как Феликс, но не был им. Ночная гонка в дребезжащей машине. И вот теперь — эта квартира, где она лежит на скрипучей кровати. И при этом… чувствует себя свободной.
Она повернула голову. Рядом, свернувшись калачиком, спала Маргарита. Её дыхание было ровным и спокойным — впервые за много дней.
Эльвира осторожно коснулась её плеча.
— Марго, просыпайся.
Младшая сестра вздрогнула и открыла глаза. В них на мгновение мелькнул испуг, но, увидев Эльвиру, она расслабилась.
— Это всё не сон, да? — тихо спросила она, садясь на кровати.
— Я тоже сначала подумала, что сплю, — покачала головой Эльвира. — Но нет. Всё по-настоящему.
Они помолчали, прислушиваясь к звукам дома. Где-то внизу плакал ребёнок, а на улице кто-то громко ругался.
— Что ты думаешь… о нём? — наконец спросила Эльвира, не решаясь произнести имя.
— Они говорят, что это лучшее развитие событий, какое только могло быть, — так же тихо ответила Маргарита. — И что мы даже не представляем, с кем связались.
Эльвира вздрогнула. «Они» — невидимые собеседники сестры, которые всегда были рядом, но в последнее время стали особенно активны.
— А ещё…
— Что? — не выдержав, спросила Эльвира.
Маргарита колебалась, подбирая слова.
— Не знаю, говорить ли…