Отец остолбенело смотрел на мужиков, кинувшихся разбирать завал. Он был сильным и храбрым. В нем всегда горела доблесть.
Похоже он и сейчас стоял, борясь с желанием, как и у меня, броситься на помощь людям под завалами.
Только долг перед собственной семьей останавливал его.
— Семен! — громко сказала мать, дергая отца за руку.
Он не шевелился.
— И-и-и-и! — раздалось где-то позади нас вдалеке.
Звук такой, что многим пришлось закрыть уши, в том числе матери и Нике, а Никон только сильнее заверещал. Высокочастотный, мерзкий и одновременно леденящий.
Я же лишь поморщился. Как, впрочем, и отец.
Это несомненно были гриммеры. Их крик невозможно спутать. Злобные звероподобные твари, обычно передвигающиеся на четырех лапах. Но если они выпрямлялись, то их рост достигал двух с половиной метров в среднем. Кто-то больше, кто-то меньше.
Этот оглушительный рев, что мы слышали, сигнализировал об их скором приближении. И об очередной атаке в том числе.
— Отец! — крикнул я. — Нам нужно бежать
Тот будто бы вздрогнул
— За мной! — дернул он за руку мать.
Я не ошибся. Не успели мы сделать и двух шагов, как новый взрыв сотряс землю.
Ба-а-ах!
Новый залп ударил прямо в толпу перед нами. Ровно в то место, где люди разбирали завал.
Десятки людей охватило пламя. Паника только усилилась. Все, кого не задел удар бросились в рассыпную от эпицентра. Пострадавшие же горели огнем в прямом смысле.
Даже меня, привычного к подобным зрелищам немного передернуло от отвращения. Хотя возможно просто отвык за три года.
Самое ужасное, что все это произошло на глазах у матери и Ники.
Отец тащил их за собой, но они как завороженные смотрели в сторону пострадавших. Шок — не иначе.
Только после того как я начал толкать Нику в спину, дело сдвинулось с мертвой точки.
Нам нельзя было стоять ни в коем случае, враг был где-то рядом. Я чувствовал его запах. Отвратительный, едкий, серный.
Так может пахнуть только самая мерзкая в мире тварь.
А еще, как ни странно, я чувствовал их самих. Только пока не мог осознать в какое именно мере. Но точно знал, что они уже близко. Совсем близко.
Мы пробежали вдоль улицы, спустились вниз к подворотне.
До крепости оставалось около двух кварталов. Минут тридцать не спешным шагом. Ну а если бежать вчетвером… Не думаю, что сильно меньше. Может двадцать девять или двадцать семь.
А это означало, что шансы на выживание у нас очень малы.
Придется постараться. Сильно постараться.
— Семен! Сюда!
Из какого-то подвала нам махал Федор Александрович. Мужчина средних лет, который жил в соседнем доме. Они с отцом хорошо общались, можно сказать дружили.