Сгнившее зверьё — волки, лисицы, мыши, птицы — окружили французов и повалили не землю тех, кто ещё стоял на ногах. Офонаревшие от неожиданности демоноборцы попытались сопротивляться, но оскаленные клыки поубавили их пыл. Несколько французов всё-таки уничтожили зверей, которые их атаковали, но их тут же впечатали в землю новые умертвия. Способности Лёни усиливали не только Анастасию, но и её питомцев.
— Ты не имеешь права нападать на военных, — прохрипел Клочко.
— А ты не имеешь права подыхать, — отрезала Анастасия. — Если тебе не позволяет совесть убить случайного человека, то я помогу. Либо ты выберешь одного, либо я прикончу их всех.
Клочко закашлялся — он упал бы, если бы Анастасия его не поддержала.
— Выбирай, — настойчиво повторила она.
Клочко прикрыл глаза, и через секунду командир французов, который валялся неподалёку и отчаянно матерился и грозил им всеми возможными карами, вдруг изогнулся дугой. Только его макушка и пятки касались земли. Хрустнули кости, и посреди его груди образовалась зияющая дыра. Одновременно с этим Анастасия выдернула из груди Клочко стрелу, и его рана постепенно закрылась. Напоминанием о ней остался едва заметный розовый шрам.
Клочко оттолкнул Анастасию, поднялся и выпрямился. Осторожно пощупал свою грудь и ровным голосом спросил:
— Зачем?
— Ну, я не успела пригласить тебя на свидание, — нарочито беззаботно протянула Анастасия. По её лицу пробежала тень беспокойства. Переборщила или нет? После такого Клочко может послать её к чёртовой бабушке. Подавив волнение, она игриво добавила: — Считай, что я так флиртую.
На берегу Рейна воцарилась тишина. Французские демоноборцы боялись пошевелиться. А Прокажённые растерянно переглядывались: минуту назад они были героями, а сейчас, кажется, стали преступниками. На Анастасию, наконец, обрушилось осознание, что она сделала.
Тишину разорвал свист воздуха. Следом раздался глухой стук — рядом приземлился Красный Демон.
— Меня не было всего десять минут… — обманчиво ласковым тоном проговорил он.
Анастасия с трудом сглотнула, впервые ощущая себя по-настоящему голой в своём откровенном наряде.
Выйдя из домика, который сняли Прокажённые, и оставив Морского орать и молить о пощаде, я направился к Рейну. Решил на всякий случай проверить, всё ли в порядке. Вообще-то обязано быть в порядке — вся битва держалась на договорённости между немецким и французским королями и российским императором. Едва ли найдутся дураки, которые рискнут её нарушить. По дороге туда я прибил четырёх Демонов — прорыв был мощным, так что некоторые твари под шумок разбежались. Ну ничего, Демоноборцы отловят их за пару-тройку часов.