Пока же мы двигались в направлении моего замка. Но ведь просто двигаться — это не самое интересное занятие. Вот я и подбил Стеллу на то, чтобы нам двоим немного отклониться от курса. Цель? Вечерело, а мне ну просто очень хотелось выбрать суточный лимит на развитие. Ведь каждый упущенный уровень — это небольшое, но ослабление себя к тому моменту, как спадёт магическая пелена, ограждающая мой домен от остального мира.
Стелле, само собой разумеется, я этого говорить не собирался. Она — местная, ей кое-какие аспекты даже знать не следует. Хотя многие игроки — именно игроки, а не «скользящие», отличающиеся большей осторожностью и здравомыслием — треплются направо и налево, не считая нужным скрывать что-то от здешних обитателей. Они ведь на полном серьёзе считают всё вокруг обычной игрой, пусть и с максимальным эффектом присутствия. А то, что это давно уже не так, замечать даже не пытаются. Иные реакции местных обитателей, их способность к импровизации и нестандартным действиям, что увеличивается с течением времени. Да и чисто эмоциональная составляющая, которую никакому искусственному интеллекту, даже самому совершенному, имитировать не получится. Они ведь перестали быть шаблонными или с некоторой случайной вариативностью! Уж я то, специализировавшийся как раз на интеллектуальных системах, понимал это получше многих.
Небольшое стадо диких свиней. Арбалетные болты, заклятье Трясины и помощь Стеллы в ближнем бою превратили шесть хрюшек в мясные заготовки, которые были при помощи бесов заброшены в один из фургонов. В тот, где уже валялись связанные пленники-торговцы.
А вот с кобольдами, пара из которых незнамо с какого перепугу решила выглянуть из своих подземных нор, пришлось повозиться. Не с замеченными двумя, конечно — их быстро оприходовали — а с остававшимися под землёй. Ну да, туда мы со Стеллой также сунулись, прихватив единственного разорителя в качестве поддержки. И началась довольно неприятная рубка в условиях подземелья. Кобольды хоть создания и не бог весть какие сильные, но на своей территории вполне способны напакостить. Пропустишь незаметный отнорок — получишь высокую вероятность, что оттуда на мгновение высунется кто-то из аборигенов, да и ткнёт тебе простеньким копьецом в бок или в спину. А потом нырнёт обратно. Искать же его сложно. Да и нужно ли?
Нам повезло в том, что кобольды, как бы это сказать, отличались повышенной уязвимостью к заклинаниям, связанным с ярким светом. Вспышка действовала на их чувствительные глаза, причиняя сильную боль. А испытывающий боль кобольд имеет полезную для противника способность очень громко вопить, причём не переставая. Тут уж точно не ошибёшься насчёт вопроса, а где именно засел очередной враг. Вот мы и не ошибались.