— Затейники. Место здесь не слишком романтичное.
И не поспоришь, даже у меня по спине бежали мурашки, хотя выросла в этом доме и облазила его сверху донизу. А теперь надо было придумать, где мама могла спрятать копию гримуара. Если та, конечно, существовала, а не пригрезилась безумной Уне.
На первый взгляд идея скопировать нашу колдовскую книгу кажется полной глупостью или жестом отчаяния. Реджина Мункасл отличалась благоразумием, она бы не стала действовать импульсивно, значит, получила какую-то подсказку о грядущей катастрофе. Увидела свою смерть или же конец всего ковена. Но как? В чьем будущем?
Джеф. При первой встрече я ему гадала, видела там дом и двоих детей. Мальчика, очевидно, Макса, и девочку, которая то появляется, то исчезает. Я в самом деле часто жила в интернате, а у Саммерсов бывала только набегами. Но мама, если решила погадать ему, наверняка увидела то же самое. Узнала меня и сделала единственно правильный вывод: если я живу у Джефа, значит ковена больше нет. Она даже пыталась обвинить меня в чем-то подобном, но память уже частично стерла те события. Это о гадании Джеф сам напоминал несколько раз, правда, больше не просил предсказать его будущее. Наверное опасался, что к детям и любимым Фло гортензиям присоединятся еще пара котов, собака и террариум с ящерицами.
Но если мама сделала копию, то куда могла ее деть?
— Пойдем осмотримся, — произнесла я.
Гаспар почти сразу оказался рядом и в уже привычной манере пошел впереди. Мне осталось только наблюдать за его спиной и подсказывать, в какую стороны двигаться.
Из подвала мы снова вышли в холл, оттуда – на второй этаж, по скрипучей лестнице, доски в которой помнили еще моих прабабок. А сейчас я крадусь по ним, точно воровка и вглядываюсь в тени у стен.
Но куда больше призраков бродило по коридору второго этажа. Именно здесь я сидела у стены рядом с Джефом и наблюдала, как монстр крошит инквизиторов. А потом поняла, что помощи ждать неоткуда. Только я смогу справиться со всем этим.
Сейчас о давней бойне почти ничего не напоминало, только вывороченный дверной проем в бывшем мамином кабинете, но все равно было не по себе. Поэтому никак не получалось сделать хотя бы шаг, я просто стояла и смотрела на обломки кирпичей на полу, повисшие лохмотьями обои и подпалины на паркете.
Гаспар обернулся ко мне, затем внезапно подошел ближе и обнял за плечи. При этом не стал ничего говорить, ни отговаривать от поисков книги, ни раздавать утешения. Просто был рядом и намекал, что поддержит любое решение. Как сжечь здесь все, так и бежать без оглядки.