— Ну, а что переживать? — Выдала вдруг красотка. Хотя я вслух не говорил ничего. Вообще. Ни слова. — Едем и едем. Дорога-то одна. Что ж нам теперь, встать прямо посреди потока машин? Окна затонированы. Никому нет дела друг до друга. А вот движение, между прочим, активное. Если я начну дергаться, утрачу бдительность. Не хватало еще, чтобы из-за чьей-то нелепой смерти начались пробки. Токио в последнее время слишком переполнен автомобилями.
Я молча посмотрел сначала на затылок полоумной девицы, размышляя, она издевается или это такое чувство юмора, затем на Синоду. Смешно, но даже после смерти на его физиономии сохранилось выражение сильного удивления. Мол, как это так? Меня и по горлу?
Глава Ямагути-гуми завалился набок, уткнувшись лбом в спинку переднего сиденья. Несомненно он был окончательно и бесповоротно мертв. Неприятный тип. Сволочь. Но… блин, он не должен был так умирать. Это как-то неправильно.
Ну и еще, скрывать не буду, Каору меня слегка… хм… как бы правильно выразиться… слегка меня нервировала. Чисто теоретически, девушка не может быть демоном. На улице — белый день. А эти твари вылазят по ночам.
Но вот чисто практически… Тут выходит какая-то хрень. Имеются вопросики к ее поведению. Может, конечно, красотка — профессиональный убийца. Может, ее и наняли для того, чтоб грохнуть Синоду, но зачем ей я?
— Такито Адачи, перестань психовать. И да, что бы ты себе там не напридумывал, все гораздо проще. Твои мысли буквально написаны на твоем же лице, их совсем не сложно считывать. Это — первое. Второе — вопрос стоял достаточно конкретно. Кто-то один должен был погибнуть. Либо ты, либо Синода.
Девушка отвлеклась от дороги и посмотрела в зеркало заднего вида, чтоб оценить мою реакцию на ее слова.
— Ну при таком подходе…Каору-сан… Конечно, очень рад, что всё-таки он. — Я натянуто улыбнулся красотке. Хотя, вот уж чего-чего, а радости во мне сейчас не было ни на грамм.
Не знаю, о чем думала эта девица, но теперь, по факту, к тем проблемам, что у меня итак существуют, добавился еще мертвый якудза. Зашибись расклад. А если вспомнить, что это за якудза…
— Перестань грустить, Такито. И давай обходится без всех этих условностей. Ну какое «сан», если нас теперь объединяет смерть? Неприлично даже как-то звучит. Искренне поздравляю тебя. Как я уже сказала, только что освободилось место оябуна сильнейшей группировки Японии, — спокойно продолжила Каору, снова сосредоточившись на дороге.
Я в ответ лишь громко и выразительно хмыкнул.
Вообще-то, не глухой. Прекрасно расслышал с первого раза. Однако… думаю, девка чего-то заговаривается. Так-то должность оябуна — это не флажок победителя, который тебе вручают на финише.