«Что такое?» — напрягся я.
«Да ничего особенного, — продолжала мяться питомица. — Просто мне все эти слова ничего не говорят».
«Как это?»
«Да просто. Я их слышала и знаю, что это описания вкусов, но… как тебе сказать… Это как слепому описать цвета. Я не понимаю, когда вы говорите о вкусе еды… Для меня всё или вкусно, или невкусно, но с разной градацией. Вот как ты кровь сейчас пил, ты же не чувствовал вкус, но понял, что это офигенно… правильно?»
«Ну да…»
«Вот и я так каждый раз. Короче, сорян, косячок. Может, мне стоило это чувство тебе оставить…»
Мда… Дела… Уже совсем другим взглядом я осмотрел зал, надписи, пустые чаши и, конечно же, зловещие крылатые чёрные фигуры, рассматривающие нас провалами пустых глазниц.
Реально, косячок.
«Давай подумаем, — я остановился у первой статуи и ещё раз пробежался глазами по надписям. — Что ты вообще ела в своей жизни?»
«Яйца разные, кровищу тоже разную, экстракт крови внешников, супчик… Всё».
И этот человек, то есть летучая мышь, говорит, что я не открыт новому.
«Хм… Ну смотри. Вкус яиц я тебе и сам не опишу… А вот кровища солоноватая… Супчик — кисло-соленый. Экстракт — солоновато-горький. Улавливаешь, к чему я?»
«Не тупее паровоза, — буркнула Виза. — Улавливаю, но не уверена, что получится».
«Не ной! Всё получится! Готовься!»
Я подошёл к первой льющейся струе и с опаской покосился на длинные когти, держащие кувшин.
«Сейчас я по очереди лизну все пять жидкостей и если не сдохну, то тебе надо будет проанализировать вкусы. Два вообще будут незнакомы — острого и сладкого ты никогда в жизни не ела и, наверное, даже не нюхала. Их отложим и с ними разберёмся позже. Дальше попробуем найти солёный, он по идее для тебя самый понятный, а из двух оставшихся выберешь, что больше похоже на супчик, а что — на экстракт. Ясно?»
«Да ясно, ясно…»
«Начинаю!»
Вообще затея была стрёмной, ведь я мог в принципе ошибиться с заданием и сейчас, глотнув налитой сомнительными господами жидкости, превратиться в козлёночка или вовсе отбросить копыта.
Ладно, других идей все равно нет. Я осторожно подставил под струю длинный коготь — не разъело и на том спасибо. Потом понюхал.
«Чем пахнет?»
«В душе не е… Не знаю, короче».
Эх… Я вздохнул и лизнул воду.
«Фу, мля!!! Плюнь! Плюнь гадость!!!»
Я как мог тщательно отплевался, а потом чистым (относительно) когтем поскрёб язык.
«Похоже на что-то?»
«На самую большую дрянь, которую я пробовала в своей жизни!!!… Будто… Будто… — Виза задыхалась, подбирая слова. — Будто маленькие херувимчики под оркестр из арф водят хоровод вокруг какающих радугой пони… А система с улыбкой смотрит на всё это сверху и посыпает лепестками роз… Короче, словами не передать, как это было ужасно!»