— И-и-и-о-о-о! — сверху на меня спикировал пегас и, лягнув копытами, бросил на землю.
Точно не иллюзия, сука!
Тут же налетел, погребая под собой, и весь преследующий меня зверинец.
Ещё один огненный взрыв.
Гоблин все рассчитал и в этот раз не попал под волну, а прыгнул сразу следом. Причём вокруг его кулаков сконцентрировались очень опасно выглядящие чёрные клубящиеся сгустки. На фиг! Пришла пора припрятанного сюрприза.
Я превратился в тролля и встретил противника мощнейшим ударом в челюсть.
Зрители, до этого рвущие глотки за своего императора, вдруг ахнули и замолчали.
Я вскочил и кинулся к противнику. Он тоже уже был на ногах и, отступая, швырял в меня все, что находил в инвентаре, предварительно обрабатывая это на урон огнём (это не то же самое, что магия огня, к которой в этом облике у меня был иммунитет). И благодаря его силе и прицельным броскам, ущерб оказался больше, чем я ожидал: от меня отлетело уже не меньше шести достаточно больших кусков, а лечение не работало — только естественная регенерация.
— На-а-а! — теперь заорал уже я и, отломив кусок от неровной стены, швырнул его в гоблина.
Того снесло, а я тут же отломил ещё один булыжник и зарядил снова. Попал! Третий на!
А вот третий не попал — император исчез.
Действуя интуитивно, я сделал шаг в сторону, обернулся и махнул каменной лапой.
Да!
Атаковавший меня со спины и пойманный на противоходе гоблин получил мощнейший удар в грудь и улетел метров на пять, правда, и мне его горящее копьё некисло пропороло бок, оставив там борозду глубиной сантиметров в десять.
Я превратился в хоббита и, обновив щиты, побежал в другую от противника сторону. Маленький рост позволял успешно скрываться от большинства дистанционных атак преследователя и его нового зверинца, а остальное блокировали щиты.
Осталось немного потерпеть, Илюша! Скоро с него спадёт каменная кожа и можно будет нормально повоевать!
Меня почти настигли, но ещё раньше я превратился в орка и теперь сколдовал «каменную кожу» за него.
На меня снова обрушилась магия: гоблин проверял мою устойчивость в этом облике, я же в ответ поставил огненную стену и за секунду сжёг почти всех призванных зверей. Сквозь пламя прорвался только огненный же элементаль, но его я ликвидировал большой сосулькой в центр бесформенного тела.
Сам же император преодолел преграду, будто её не было, и снова налетел на меня, сбивая с ног и оказываясь сверху.
Его объятый бесформенной тьмой кулак вонзился мне в челюсть. И по эффекту я сразу же понял, что это магия тьмы, причём, вероятно, с чем-то смешанная. Физическое ослабление было не критичным, а вот ману из меня будто высосало огромным насосом, и по вспыхнувшим глазам противника стало понятно, что перешла она ему.