Артур
Быстрым шагом поднимаюсь на второй этаж, слыша, как мать не спеша идя за мной, цокает каблуками. Влетаю в свой кабинет, рывком снимаю пиджак, бросаю его на кожаный диван, сажусь в кресло, ослабляю галстук, включаю кондиционер, и устремляю звериный взгляд на мать, которая появляется на пороге.
– Садись! – велю ей, кивнув на кресло.
– Что тебя вывело из себя? – натянуто улыбается.
С опаской глядя на меня, садится за стол.
– Я что-то не так сделала? Всего лишь купила подарок для внука, – пожимает плечами.
Снимает красную шляпу, кладет ее на стол, и с деловым видом поправляет волосы.
– Надеюсь, ты не собираешься испортить мне такое великолепное настроение? – спрашивает, пока я открываю видео. – В последнее время от тебя слишком много негатива. Ты стал очень дерганым, раздраженным. Тебе пора съездить в отпуск.
– А мне не до отпуска, – впиваюсь в нее взглядом. – Потому что приходится разгребать кучу дерьма, в которое твоя Аллочка окунула Юлю.
– Что? – удивленно вскинув брови, смеется мать, сверкая белоснежными винирами. – Нет, ну вы только посмотрите на него, а! – продолжает смеяться на весь кабинет. – Юля чуть не убила Аллу, но Алла еще и оказалась виноватой. Прекрати эти глупости, сын. Скажи спасибо, что Юлю вовремя изолировали, и она не успела отравить тебя.
– На! – кидаю на стол телефон. – Я обещал тебе показать кино про Аллочку? Любуйся.
Мать пристально смотрит в экран, с каждой секундой начинает быстрее дышать. В тот момент, когда Алла говорит подруге: «мы заключили с этой Юлей сделку. Она отказывается от всего, что принадлежит ей после развода, а я забираю заявление», – глаза матери вылезают из орбит.
Она зажимает рот рукой, в шоке глядя на экран, мотает головой.
– Да как же это?.. – прерывисто выдыхает, прикладывает ладонь к сердцу. – Ой, мне даже плохо стало. Артур, дай воды.
Подаю ей стакан с водой, смотрю на нее стиснув челюсти.
– Теперь понимаешь, что Алла подставила Юлю, и что никакого отравления не было? Увидела истинное лицо Аллочки, которую ты боготворила все это время?
– Почему это сразу боготворила? – заикается мать, потупив взгляд. – Да, я общалась с ней и с Даноч… с Даной, но «боготворила» – это слишком громко сказано.
– Громко?! – смотрю на нее во все глаза. – Да ты пылинки с нее сдувала, ходила с ней под ручку, и безоговорочно верила каждому ее слову. Ты несколько минут назад, до просмотра этого видео, сидела здесь и радовалась, что Алла упекла за решетку Юлю, не думая о том, как будет жить без нее Тася, твоя родная внучка! Тебе было плевать, что на Юле будет клеймо «Повар, который пытался убить человека». Ты всю жизнь недолюбливала Юлю, но я не думал, что настолько.