— Что скажете, Юлия? Готовы к официальному повышению?
— Спасибо за доверие, Артём Викторович. Да, я готова. Мне как раз нужен новый вызов, — с уверенностью заявила я.
Он улыбнулся, заметно довольный моей реакцией.
— Отлично. Тогда подготовим все документы.
Выйдя из кабинета, я почувствовала, как ко мне возвращается уверенность. И это было то, что мне действительно нужно. Не Женя со своими заскоками, а собственные победы.
Вечером я ехала на собрание окрылённая. Войдя в школу, направилась в кабинет, где нас уже ждала классная руководительница, Анна Николаевна.
Мне она всегда казалась слегка равнодушной, и я всё время сравнивала её с собственной классной, которая стояла за нас горой.
Я села за первую парту рядом с Ольгой, мамой двойняшек из соседнего подъезда. Мы тепло поздоровались, и я огляделась. Жени не было.
Анна Николаевна начала с организационных вопросов, потом перешла к успеваемости конкретных учеников. К Соне у неё вопросов не было, что, конечно, порадовало. После ухода отца она наконец выправилась.
— Анна Николаевна, извините, что перебиваю, — внезапно раздался уверенный мужской голос.
Я повернулась и отыскала взглядом его обладателя. На вид ему было лет сорок, и я видела его впервые. В глаза сразу бросилось серьёзное, строгое лицо. Мужчина поднялся, и, надо сказать, выглядел он довольно привлекательно.
— Вы говорите об успеваемости, — серьёзно продолжил он, — и у вас всё очень красиво, но что насчёт реальной атмосферы в классе?
— Простите, — она нервно поправила очки, — а вы…
— Дмитрий Олегович. Отец Кристины Марковой.
Ох, так вот ты какой, отец лучшей подруги.
Глава 10
— Я понимаю, что дети есть дети, — продолжил Дмитрий, и его жёсткий тон заставлял всех присутствующих невольно прислушиваться. — Но когда твоему ребёнку систематически портят вещи, «случайно» роняя рюкзак в лужу, или создают чаты, единственная цель которых — придумать для неё новые способы издевательств, это уже не шутки. Это травля. И я хочу услышать, какие конкретно шаги вы предпринимаете, чтобы это прекратить.
Анна Николаевна побелела, а я неприятно поразилась, что Соня мне этого не рассказывала. С её слов, это были какие-то тонкие подколы на грани, когда не поймёшь, шутка это или наезд.
— Дмитрий Олегович, я, конечно, поговорю с детьми. Но вы же понимаете, без доказательств…
— Доказательства есть, — спокойно парировал он. — Есть скриншоты. Есть испорченный рюкзак, разбитый планшет, но главное — это состояние моего ребёнка. Кристина не хочет идти в школу. Это нормально, по-вашему?
Учительница беспомощно раскрыла рот.