– Как он себя вел? – спрашиваю у женщины.
– Как всегда. – Она быстро складывает в коробку разбросанные по комнате игрушки. – Немножко ныл, немножко баловался, немножко бесился. Как у тебя все прошло? Развели?
Киваю и, опустив Даника на диван, иду мыть руки.
Тетя Глаша сразу не уходит, ведет меня на кухню и заставляет все подробно рассказать, качает головой, сердится, а потом решительно заявляет:
– И хорошо, что ты от этой обузы избавилась! Я же Игорька еще ребенком помню, он всегда был непостоянным. То с одним дружит, то с другим. Не было у него настоящих друзей. Перебегал туда, где выгоднее. Так и с женщинами. Ничего, эта Мадлен еще попьет у него кровушки. – Она машет пальцем и эмоционально заканчивает: – Козел!
– Козел, – соглашаюсь с ней. – Но Даника жалко. Как я ему скажу, что папа не придет вечером? Он его любит.
– Знаешь, милая… – Тетя Глаша гладит меня по голове, как обычно гладит Даника. – А ты ему правду расскажи. В его три года правда эта не окажется болезненной. Дети, они все по-другому воспринимают. Да и не умер же Игорь, встречаться будут.
Киваю, хотя, стоит посмотреть на сына, сердце болезненно сжимается.
– Но у меня и хорошие новости есть, – вспоминаю тут же. – Мне дали контакт доктора, который может помочь Данику.
Тетя Глаша светлеет лицом, крепко меня обнимает.
– У судьбы всегда так, в одном месте убыло, в другом прибыло. Все будет хорошо, Оленька. И козлу твоему по рогам еще прилетит. Это же по его вине Данилка таким стал.
– Это была случайность, – качаю я головой, не желая обвинять мужа. – С любым могло произойти.
Тетя Глаша со мной не согласна, но не спорит.
Няня уходит, я смотрю, как сын возит по ковру машинку, и думаю, как бы все могло быть, если бы не тот роковой случай полтора года назад. Сохранился бы наш брак? Или рано или поздно нашлась бы очередная Мадлен…
Сейчас я не могу обвинять Игоря в том, что произошло. Хотя… Я бы ни за что не пустила двухлетку на большую горку.
Даник всегда был очень шустрым. Рано начал ходить, рано стал разговаривать, причем сразу чисто. В тот день я попросила Игоря погулять с сыном, а сама села работать. Они поехали на детскую площадку с кучей горок, паутинок, качелей. С хорошим мягким покрытием. Безопасную для детей.
И Игорь разрешил сыну скатиться с горки для деток постарше. Сам ждал его внизу. Перед Даником в очереди стояла девочка лет пяти. Она держалась за перекладину и размахивала ногой. Даник подполз к ней сзади слишком близко, и девочка ударила его в глаз. Не специально, просто она не видела, что сзади кто-то есть. Сын испугался, зажмурился, начал плакать, отодвигаться от девочки. И пока Игорь забрался на площадку, Даник как-то умудрился пролезть под ограждением и свалиться вниз. И вот тут случилось несчастье. Вместо того чтобы упасть на мягкое покрытие, он ударился затылком о часть железной конструкции.