Попаданка. Одержимость Короля
— Она не сможет стать королевой! — выдает королевский маг.
— Что ты несешь?! Еще отобрали среди двенадцати лучших претенденток на роль моей жены. Если не она, то кто?! — вырывается вперед брюнет.
От выразительного взгляда его сапфировых глаз по телу идут горячие мурашки, хотя я знаю, что это просто сон. Один и тот же сон, который я вижу раз от раза словно на повторе.
— Ваше Высочество, не забывайте, где вы находитесь. В руках будущего короля весь мир, но на нем же и великая ответственность. Будьте благоразумны, не спорьте с традициями предков, — шепчет ему жалобно на ухо старик в длинной темно-синей мантии, но одним лишь взором брюнет затыкает его.
— Говоришь, весь мир? Тогда отчего я не могу жениться на той, кого выбрал?! — злится брюнет, а внутри меня все вибрирует, будто его злость — это моя злость, точнее моя боль….
— Так говорят боги, Ваше Высочество. Королевой Мие Стор никак не стать. Только после ее смерти, вы встретите истинную королеву.
— Что ты несешь?! — раздается утробный рык, и я вскакиваю.
По телу идет дрожь, а на глазах мои — слезы, будто я в самом деле присутствовала там, в темных стенах какого-то замка во время этого страшного разговора.
Но я здесь. В маленькой комнатке с деревянными стенами, все еще пахнущими смолой. Лежу не в ночной сорочке, а в платье, потому что вчера так валилась с ног, что упала “замертво”.
Петухи уже покричали? Боги! Как давно?
Мне нужно скорее на кухню, чтобы приготовить завтрак для отца и братьев. Хотя, они мне не родная семья. И это мир, где вместо технологий — магия, а по небу летают не самолёты, а настоящие драконы — тоже не мой.
Я очнулась здесь два года назад в окружении трех незнакомцев, которые ждали, явно, не меня. Однако скрываться от всего мира в теле бывшей хозяйки приходится мне.
Я понятия не имею, что она натворила, но знаю, что мне нельзя попадаться людям на глаза. Особенно знати.
Потому, умывшись, я тянусь к вуали. Бросаю взгляд в старое зеркало над пожелтевшей раковиной. Мы немного похожи: настоящая я и девушка, в чьем теле я теперь выживаю.
Каштановые упругие кудри, бледное, точно фарфор лицо, а брови и ресницы темные как ночь. Только у нее острый подбородок, немного пухлые щечки и припухлые губы.
Но то, что поражает меня больше всего — это глаза.
Глаза — мои. Ярко-зеленые радужки, исписанные желто-синими линиями. Я больше таких ни у кого не видела. А у нее, говорят, были такие же.
— Что за суета? — пугаюсь я, входя на кухню, где вовсю хозяйничает Драко, мой “брат”, а вместе с ним и парнишка с соседней улицы.