– Я на регистрацию.
Вряд ли вопрошающего интересовали мои паспортные данные, потому что их в принципе никто не мог знать.
И – о чудо! – дверь беззвучно открылась. На пороге возник щуплый темноволосый паренек лет шестнадцати с абсолютно черными глазами без белков. Жутковато… Но Эд, когда бесился, бывал и пострашнее. Этот же странный парнишка ничем, кроме непривычного цвета глаз, от человека не отличался. Тощий, в видавшем виды растянутом свитере, висящих застиранных джинсах и с таким кислым выражением лица, словно я пришла к нему домой глубоко за полночь склонять в пастафарианство.
Дворецкий (допустим!) вопросительно наклонил голову набок, явно предлагая рассказать о цели визита чуть больше, и я, вдохнув поглубже, натянула на лицо улыбку подружелюбнее.
– Здравствуйте. Сегодня утром я столкнулась с мужчиной, который назвал себя смотрящим. Он дал мне вашу визитку и порекомендовал сегодня же зарегистрироваться. Я верно зашла?
– Проходите… – замогильным голосом прошептал паренек и посторонился. А когда я вошла, тут же закрыл за мной дверь на несколько замков и махнул рукой вдоль длинного коридора. – Третья дверь справа с табличкой «Регистрационная».
– Благодарю. – Я старалась быть вежливой до конца, но меня бессовестно проигнорировали, скрывшись за ближайшей дверью.
Важный какой…
Но ничего, я здесь не за этим.
Тут же выкинула из головы странного парнишку и отправилась в указанном направлении. Стукнула в нужную дверь, дождалась приглашения, вошла и снова жизнерадостно поздоровалась:
– Здравствуйте!
Но стоило мне повнимательнее приглядеться к женщине лет тридцати в строгом деловом костюме приятного жемчужного цвета, которая сидела за широким столом и явно работала здесь секретарем или регистратором, как улыбка медленно сползла с моего лица, сменившись озадаченным выражением.
Горгона? В Архангельске?
Уж чего я точно не ожидала, так этого. В мире Галион подобные девицы казались нормой, особенно на фоне остальных красавиц с нечеловеческой внешностью, но здесь и сейчас я первым делом вспомнила о греческой Медузе горгоне и поняла, что раздражать миловидную змееволосую даму-регистратора не стоит даже мысленно.
Во избежание, так сказать.
Пока же Ирина Константиновна, агент по работе с вновь прибывшими, как гласила надпись не ее бейдже, была настроена ко мне весьма доброжелательно. Мне предложили присесть, затем – воды, следом – озвучить цель визита, предъявить татуировку и только после этого, проникновенно заглянув в самую глубину моих глаз, о-о-очень настойчиво попросили:
– А теперь расскажите мне, откуда у вас эта татуировка.