В кабинете было светло, как на улице в яркую солнечную погоду, оттого даже выполненная в готическом стеле комната — высокие сводчатые потолки, тяжёлая мебель из красного дерева и морёного дуба, огромные свисавшие за спиной короля и на стене справа гобелены — выглядела весьма радостно.
— На то он и адепт тени, Жели, чтобы скрываться. — усмехнулся огневик, шестидесятилетний Рикст Ольмар. — Мы ж как-то — помнишь? — говорили о том воздействии, которое наши стихии оказывают на характеры своих адептов.
— Я помню. — вступил в разговор Керт Тувелар, как и все инициированные жизнью обычно мрачный. Но сейчас подобно своим коллегам смотрел на ола Рея острым взглядом. — Ты тогда этим объяснял свои постоянные вспыльчивость и грубость даже по отношению к коллегам. Ну, такое себе объяснение. — пожал он плечами.
— Анд, да ты проходи. — пригласил Ратвес. — Ни чинясь. Тут все свои. И они меня уже прижали совсем. — как-то вдруг неожиданно для своего пожилого возраста по детски пожаловался он на высокоранговых гостей. — Мне удалось оставить за тобой возможность всё объяснить членам клуба.
Адепт девяти стихий выбрал себе стул в самом конце стола, почти напротив короля. Сел, положив руки перед собой и оглядел собравшуюся компанию. Да, застать здесь коллег он не планировал, однако уже у себя утром решил, что более таиться нет смысла. Настало время определиться, не ему, а им, кто его поддержит в движении Герталы вперёд, кто уйдёт в сторону, а кто решится вставлять палки в колёса, но по любому, они должны узнать, с кем им предстоит иметь дело.
— По мне никак не определить влияние стихии на мой характер, — сказал он, чуть откинувшись и сложив ногу на ногу. — Потому что я должен тогда вобрать в себя и печаль жизни, и радость смерти, и ярость огня, и основательность земли, и стремительность воздуха, и задумчивость воды, и лучезарность света, и скрытность тени, и даже безумие хаоса. Если проще, друзья, все девять стихий оказали мне честь приняв в ряды своих адептов. Вот как-то так. — развёл он руками.
Прямо на коллег и хозяина кабинета он старался сейчас не смотреть, сделав вид, что его заинтересовало изображение охоты на гобелене за спиной Ратвеса, однако периферийным зрением внимательно смотрел за реакцией присутствующих. Жаль, ола Рамсвена сейчас здесь нет, но в его поддержке, пусть не сразу и не очень активной, землянин почему-то не сомневался.
В общем-то примерно такого попаданец и ожидал — смесь изумления, тревоги, настороженности, зависти, неприязни, но, главное, быстрого принятия казалось бы невозможного события, появления в мире нового Великого мага. Всё же в клубе, во всяком случае далиорском, дураков не было, и что-то десятиранговые маги уже начали подозревать ещё до признания молодого коллеги. Тем не менее, когда их смутные, казавшиеся чушью подозрения подтвердились, сдержать эмоции эти прожжённые политиканы и интриганы не смогли.