— Придурки! — завопил на своих сослуживцев возившийся с колесом.
Он ещё не осознал происходящее, слишком будучи погруженным в работу, но боль в коленке от рухнувшего на неё борта телеги, которую выпустили из рук четверо его товарищей, почувствовал ощутимо, поддержать повозку вторым бочонком до начала схватки не успели.
— Согласен. — весело и зло оскалился Андрей, в развороте нанося смертельный удар в спину провалившемуся вперёд следующему противнику. — И их осталось пятеро. — прокомментировал ситуацию.
— Чего? — немного оторопел худой солдат с цепким взглядом, принявшись обходить ола по кругу.
— Того. — усмехнулся Немченко. — Говорю, вас пятеро ещё осталось.
Четвёрка, ранее державшая борт телеги, разошлась в стороны, выбирая момент, чтобы напасть с разных сторон. Андрей не стал рисковать, очень уж ему не понравилось, как худой умело держит меч. В него он ударил воздушным кулаком первого уровня, и тот отлетел шагов на пять изломанной куклой. Против оставшейся троицы землянин использовал полёт бабочки, одну из самых любимых наставником связок. Меньше минуты, и все трое отдали олу Рею свои тени.
Были опасения, что оставшийся бросится наутёк и за ним придётся гнаться, но, нет, тот, видимо, понимал, что от брошенного в спину заклинания не уйти, а так имелся шанс, что ол не успеет восстановить резерв после того, как потратился на три магические атаки. Откуда этому молодому парню, сверстнику благородного Анда, было знать, что аура его врага огромна?
Клертонец попытался извлечь из-за голенища нож и метнуть, только времени ему на это не хватило. Свист клинка, и наполовину перерубленная в кадыке шея исторгла фонтан ярко-алой крови. Затем попаданец добил раненых и только после вернулся к мирно спящему десятнику.
— Сиди, как сел. — скомандовал ол Рей очнувшемуся после деактивации заклинания пленнику. — Мне нужны от тебя кое-какие ответы.
Десятник немного ошалело посмотрел по сторонам, увидел брошенный обоз, бродящих осиротевших без своих хозяев верховых лошадей, трупы своих подчинённых и вернул взляд на стоявшего перед ним с окровавленными мечом и стилетом благородного ола.
— Вы, господин, всё равно меня убьёте. — сказал он после короткого молчания охрипшим голосом.
— Давай без этого. — поморщился адепт семи стихий. — Нужно тебе объяснять, что умереть можно по разному? Вижу, не нужно. Так что, я тебе вопросы, ты мне ответы, и твоя смерть будет безболезненной. Всё честно. Согласен? Тогда первый, не относящийся к делу, просто любопытно. Откуда на хуторе взялось столько солонины? Одиннадцать бочонков. Или в них что-то другое? Ладно там мешки с зерном и крупой, понимаю, а мяса-то откуда столько, да ещё и летом?