Парень очень сильно переживал из-за этих грамоток. Ведь как известно: «Жалует царь, да не жалует псарь», и как там это всё извратили бы — бог весть. Но тут, верно, Иоанн Васильевич проконтролировал. Вон и печать его есть — привешена и подпись наличествует. А в то, что он подписал что-то, не прочитав, Андрей не верил. Не такое он производил впечатление. Во всяком случае, до смерти своей первой жены с головой у него в целом всё было нормально. Это потом, как отмечают исследователи, шарики у него поехали за ролики, и он начал блажить…
Так вот, грамотки эти открывали перед нашим героем очень интересные перспективы.
Прежде всего, вотчина — это наследное личное владение, в отличие от поместья, выдаваемого только за службу и только на время службы. Во всяком случае, в XVI веке. А значит, всё, что Андрей на территории вотчины поставит, всё останется ему и его наследникам.
Хорошо? А то!
Сказка просто! Даром, что эта вотчина стоит на самом опасном направлении и в редкие годы не будет под ударами татар оказываться. Но даже в такой обстановке поистине царский подарок, который открывал очень интересные перспективы.
Вторая же грамота позволяла вести свои дела, отмахиваясь тем, что все финансовые вопросы он решает лично с царём, а не с его слугами, то есть любые мыта и иные сборы его обходили стороной.
Понятно, что сильно наглеть не стоило. Однако, если распоряжаться такой «бумажкой» с умом, то можно очень круто и мощно развернуться. Да и царю много денег принести. Ведь тот не от щедрости и человеколюбия запредельного такие «бумажки» нарисовал. Хоть на дворе и стоял XVI век, но Иоанн свет Васильевич прекрасно понимал, что для любой войны нужны три вещи: деньги, деньги и ещё раз деньги. И стремился всеми возможными способами наполнить казну, традиционно небогатую.
Впрочем, кроме двух грамот, десятник доставил Андрею и подарки.
— Государь наш проверил твои слова о молоке и яйцах, — произнёс тогда десятник. — Царица, сказывают, шуметь изволила. Сильно. Там много всего нехорошего всплыло…
Парень молча кивнул, он прекрасно знал о том, что в эти годы мышьяк с ртутью были не только основными ядами, но и популярными лекарственными средствами. Не говоря уже о косметике и прочих окружающих в жизни вещах[2]…
Андрей посмотрел на коня, которого ему подарили. Ничего необычного на его взгляд. Просто конь, а не мерин. Боевой конь лёгкой породы. Но хорошо откормленный. И массой побольше, чем у его мерина. Килограмм в четыреста двадцать — четыреста тридцать. Да и мускулатура у него явно в лучшем тонусе. Сухой. Крепкий.