Огляделись. И ничего.
Недолго думая, Андрейка полез на крышу землянки, чтобы было дальше видать.
— … мать! — воскликнул он, почти сразу спрыгивая обратно.
— Чаво⁈ — почти хором поинтересовались Устинка с Егоркой.
— Медведь.
— А-а-а! — дёрнулись было они в сторону землянки.
— Куда⁈ — рявкнул Андрейка. — К бою!
— Медведь же!
— Трусы несчастные! Если вы сейчас сбежите — не быть вам послужильцами!
Несколько мгновений колебаний — и оба угрюмо повесили голову. Но рваться в землянку не стали более.
— На площадку для упражнений! Бегом! Там его встретим!
И первым ринулся туда. Холопы же за ним.
Вышли.
Перевели дух.
И тут из-за землянки показался косолапый.
Зимой порядочные медведи по улице не шляются. А этот явно к таким не относился. Медведь-шатун, пробуждённый от спячки или не лёгший в неё. Но те, которые не ложатся, обычно к концу зимы совсем отощавшие, так как еды им остро не хватает. А вот пробуждённые, особенно если недавно, то да, выглядят похоже. Видно, кто-то медведя спугнул, вынудив покинуть берлогу.
Легче от этого осознания не стало.
Медведь-шатун хоть и ослаблен, по сравнению с обычным своим состоянием, но в полном неадеквате из-за холода и голода. Он ведь совсем не приспособлен для жизни зимой. Чай, не белый собрат, который адаптировался к совсем другим условиям жизни. Обычный бурый медведь не в состоянии по снегу угнаться ни за лосём, ни за какой иной своей потенциальной жертвой. Рыбы наловить в замёрзших реках не может. Да и ягод со свежей зеленью не наблюдается, из-за чего он испытывает лютый голод. И охотно набрасывается на любую добычу, которая попадается на глаза, не испытывая при этом страха или сомнений.
Так что, увидев людей, он направился прямо к ним.
Понятное дело, что сначала он их учуял. И, видимо, шёл на запах, оставленный следами во время похода за дровами.
— Стоять! — рявкнул Андрейка, видя, что его холопы откровенно трусят и готовы сорваться. — Побежите — и конец. Задерёт!
Тишина в ответ. Только зубы стучат.
— Сулицы готовь.
И они все вместе выполнили синхронное движение. Переложив копьё в левую руку, что удерживала щит и две сулицы, прижатые к рукоятке. Взяли одну из сулиц. И встали в подходящую стойку. Так, чтобы щит прикрывал их с фронта, а рука была готова метнуть оружие.
Андрейка прислушался.
Дыхание Устинки и Егорки дрожало и было прерывистым. Настолько, что парень серьёзно начал переживать за их здоровье. Вот прозвучал небольшой шелест. Это кто-то из них выдохнул нижним вентиляционным отверстием. А мгновение спустя послышалось лёгкое журчание…
Мерзко? Глупо? Может быть.