Темникова, носившаяся между четырьмя каютами первой палубы, тоже зашивалась — ее часть «пассажиров» тоже плющило, и перепады настроения накрывали то в противофазе, то одновременно. Впрочем, в какой-то момент одна из бывших пленниц, высокая темноволосая женщина лет двадцати семи, предложила помощь. И сходу получила свой фронт работ — принялась вкладывать в руки более-менее адекватным личностям пищевые контейнеры с едой и упаковки с напитками.
Ну, а на второй палубе выкладывалась Костина — то «колдовала» над панелями управления медкапсул, то проверяла состояние пациенток, лежащих за пределами каюты, то с помощью «Техников» «меняла» тех, кого слегка подлечила, на тех, кому требовалась срочная медицинская помощь. При этом постоянно держала всех «своих» в медикаментозном сне, поэтому, закончив изучать диспозицию, я заблокировал динамики системы оповещения второй палубы, врубил все остальные и заговорил:
— Дамы, с вами говорит командир корабля, на котором вы летите домой, в Империю. И я, и члены моего экипажа, помогающие вам приходить в себя, являемся сотрудниками Службы Специальных Операций, поэтому наши лица скрыты за поляризованными линзами. Но это не мешает нам сопереживать и делать свою работу. Ибо для того, чтобы вас накормить, напоить, выделить одежду, дать возможность помыться и подлечить, одних сопереживаний, увы, недостаточно. Теперь отвечу на вопросы, которые вы наверняка хотели бы задать. В данный момент мы находимся в системе Хатта, но очень скоро уйдем в гипер по достаточно жесткой струне. Тошноту и другие неприятные ощущения придется перетерпеть, зато уже через сутки мы окажемся в нашем, имперском, Павловске и передадим вас в руки высококлассных специалистов по решению всевозможных проблем. Кстати, для тех, кто не в курсе: война закончилась нашей победой, поэтому вы возвращаетесь к мирной жизни. И еще одно: дамы, нас на борту — всего четыре человека, а вас аж тридцать семь. При этом мой штатный врач зашивается с теми из вас, кому требуется срочное лечение, а я, как вы, наверное, догадываетесь, управляю кораблем. Поэтому вами занимается всего два человека. Так вот, мы будем искренне благодарны любой вашей помощи. На этом пока все. Спасибо за внимание…
Меня услышали. Да, всего три девушки в трюме и еще одна — на первой палубе, зато девчатам основательно полегчало, так что к тому времени, как мы вышли из внутрисистемного прыжка и начали разгон, почти все пассажирки успели помыться, переодеться и утолить голод с жаждой. А потом на панели уведомлений моего ТК замигал конвертик, и я, отключившись от камер СКН, врубил воспроизведение послания Цесаревича.