— Прекратите перебивать и искажать мои слова! Отвратительный вы человек… — выпалила я и замерла…
Лицо герцога заледенело, а глаза стали почти черными — из их глубины неотвратимо надвигалась свирепая, яростная буря.
— Вы крайне невоспитанная, взбалмошная особа, Зои Льевр, — процедил он таким тоном, что у меня колени подогнулись. — И умудрились второй раз оскорбить меня, несмотря на все ваши благие намерения.
Стало жутко. Хотелось зажмуриться и перенестись в безопасное место, где не будет разгневанного лорда королевского советника, но я продолжала смотреть на него в упор, лишь вздрагивая от каждого резкого, как пощечина, слова.
— Ваши проступки тянут на разбирательство в суде с последующим штрафом, общественным порицанием и исправительными работами на благо города и короля, — продолжил герцог свою поистине кошмарную обвинительную речь. И ведь формально был прав, ни единым словом не обманув при этом.
Исправительных работ я не боялась, общественного порицания тоже, а вот штраф…
Придется продать лавку и переехать в захолустье — при условии, что останутся, конечно, средства на какую-нибудь неотапливаемую лачугу. И если я молодая, сильная, то для хрупкого бабушкиного здоровья это станет смертельным ударом. И Поппи не выжить без теплицы.
— Но я готов вас простить… — вкрадчиво произнес, нет, почти проворковал его светлость, внезапно сменив гнев на милость.
— Правда?.. — растерянно вырвалось у меня. От неожиданности, разумеется.
— Да. Я не бросаю слов на ветер, Зои Льевр.
Теперь он смотрел уже не зло, а пытливо, оценивающе. Словно на норовистую скаковую кобылу, решая, доскачет она до финиша, если ее нещадно понукать, или падет по дороге.
— Я вас прощу в обмен на услугу. Совсем крошечную, пустяковую.
Глава 5
— Услугу? — удивлено переспросила я.
Учитывая разницу в нашем положении и, соответственно, в возможностях, слова герцога показались, по меньшей мере, странными. Если не сказать, абсурдными.
— Именно, — подтвердил первый королевский советник.
— И что же… — сдавленно пискнула я и сама поморщилась от того, как беспомощно это получилось. Откашлялась и попробовала еще раз: — Что же вам угодно, ваша светлость? Имейте в виду, ничего противозаконного или аморального делать не стану.
В ответ на мое, вполне обоснованное, между прочим, предупреждение брови собеседника иронично приподнялись, а на красивых губах появилась самая настоящая улыбка. Похоже, мне удалось рассмешить герцога. Хотя лично я не считала свой вопрос забавным — аристократы часто брали себе любовниц из более низкого сословия.