— И сегодня вы ещё с нами, — напомнил док, моему импульсивному мужу, — вам должны выдать лекарства и проверить резонаторы на чувствительность, после чего вы можете быть полностью свободны.
— Да что их проверять? — пробубнил Яр. — Я и сам вижу, что, как и раньше, всё прекрасно чувствую ими!
О, да! Этой ночью мы так разошлись, что разбудили цваргов с соседних палат, но Яр вовремя почувствовал их возмущение и, спрятав меня от посторонних глаз, пообещал, что мы не будем так «шуметь» на ментальном фоне.
Так стыдно мне никогда ещё не было! Зато у Яра появился лишний повод сбежать домой и, наконец, закончить начатые нами на Захране любовные утехи.
Я поспешила отправиться домой, чтобы привезти ему свежую одежду, раз уж всё равно у Яра оставались дела в клинике, пообещав ему что вернусь к назначенному доком времени.
— Возьми «Тигра», а то в флаере бесконечность добираться будем, — попросил Яр, когда я уже собиралась на выход.
***
Дориан Яр
Хорошая новость заключалась в том, что я не остался инвалидом и прекрасно чувствовал эмоции на парсек от себя. Плохая, что мне придётся глотать таблетки ближайшие три месяца и строго соблюдать режим труда и отдыха! А это означало, что будет проблематично отправиться на Захран, чтобы по свежим следам разобраться, кто же пытался меня так мастерски подставить. Быть может, друзья Дорохова? Или цварг, который дважды помогал ему вытащить Ялу на Тур-Рин? Рога чесались полететь туда как можно скорее, но ни жена, ни доки никуда меня не отпустят в ближайшие месяцы! А кому-то доверить это дело я не мог.
Я нетерпеливо ходил по своей палате в ожидании, когда меня позовут на проверку чувствительности резонаторов – как по мне, бессмысленная трата времени. Зачем проверять чувствительность того, что я и так сам чувствовал? Будто у меня недавно прорезались рога или мне нужно узнать свой АПВЗ – только в этих двух случаях я видел смысл такой проверки! Но задача доков – проверить мой организм полностью, и последнее обследование было больше для галочки.
В палату неуверенно постучали. Это была Шайна, я почувствовал её, когда она ещё шла по коридору.
— Не помешаю? — как всегда тактично обратилась она, стоя на пороге.
Честно говоря, не ожидал её здесь увидеть.
— Нет, что ты! Проходи! — вставая с кресла, предложил я.
— Как ты себя чувствуешь? — с тревогой в голосе поинтересовалась подруга детства.
— Сегодня выписывают, жду последних обследований и Ялу, — радостно сообщил ей.
— Как только узнала, что с тобой случилось, я тут же полетела сюда, — призналась подруга и прошла чуть в глубь палаты.