Я вскинула ладони, отбросив ненужное оружие — все равно я толком так и не научилась из него стрелять, — и пистолет с глухим стуком упал на каменный пол.
Ближайший из райтаров кивнул, словно решил, что я послушалась их приказа. Но он ошибался.
— Вы ведь хотели, чтобы мы сдались? — поинтересовалась я у штурмовиков.
А еще подумала — интересно, они заметили, как вокруг моих рук вьются вполне себе заметные ярко-красные вихри, или списали это на обман зрения? Или же не видят, потому что райтары невосприимчивы к магии?
— Все кончено, — повторил один из них. — Мальчишка пусть тоже бросит то, что у него в руках.
Потому что у Зулу было не оружие, а его визор.
— А вы попросите, — сказала им. — Но вежливо!
Не успел он ответить — я увидела, что его лицо под полупрозрачным щитком искривилось в усмешке, — как с моих ладоней сорвалось пламя. Угодило в его броню, сбило райтара с ног и протащило дальше по тоннелю, хорошенько так приложив об стену.
Он сполз вниз и затих.
Остальные, впрочем, зевать не собирались — тотчас же принялись палить в мою сторону, но я успела выставить защиту.
Стояла, заключенная в огненный магический кокон, радуясь тому, что он не пропускал зеленые лучи парализаторов. Зулу жался ко мне, и на миг я подумала, что мы с ним обязательно прорвемся. Сбежим, забрав с собой Эмри, потому что, выходило, одной рукой я могу держать защиту, а второй кидаться боевыми молниями…
А райтаров не так уж и много.
Мне удалось припечатать к стене второго, и я повернулась к третьему, но тут Зулу почему-то начал оседать, а потом завалился на Эмри. Я резко обернулась.
Оказалось, к райтарам прибыло подкрепление — спешили со стороны Убежища, похоже, сломав сопротивление Тораса и его ребят, — и палили в нас почем зря.
Под огнем зеленых лучей моя защита дала слабину. Сперва они угодили в мальчика, найдя лазейку в огненном коконе, а затем лучи попали и в меня.
Внезапно я почувствовала, как опускаются руки и закрываются глаза. Всеми силами постаралась скинуть с себя оцепенение, но это оказалось выше моих сил.
Ноги подкосились, и я стала заваливаться на Зулу. Последнее, что я увидела перед тем, как потерять сознание, была его серая рубашка, неряшливо заправленная в штаны.
Очнулась я вовсе не на холодном полу в страшных застенках райтаров.
Вернее, если это и были застенки, то по своему комфорту они оказались даже лучше, чем иные постоялые дворы в Нотубрии. Потому что я лежала на мягкой поверхности, укрытая серым пледом. С потолка лился приглушенный свет, звучала приятная музыка, а моя кровать едва заметно покачивалась.