Из омута мыслей меня вырывает скрип приоткрывшейся двери. Выходит акушерка, улыбаясь устало, но так тепло.
– Галеев, вас ждут. Накиньте халат и пройдите в родзал.
– Все хорошо? Я так хотел присутствовать на родах, но Алина…
– Нечего там мужикам делать, – кряхтит Тихон Сергеевич. – Беги уже, сынок, не тупи.
– Так она родила?
– Папа, не тупите, идемте знакомиться с малышкой.
«Папа» словно ударяет меня в солнечное сплетение. Вскакиваю, слыша за спиной вздох Тихона Сергеевича.
В палате пахнет антисептиком, лекарствами и… молоком.
Застываю на пороге, отпечатывая в памяти столь трогательный момент… На лице Алины – усталость, покой и бесконечное счастье.
– Иди к нам, – шепчет она.
Я подхожу, целую ее в потный лоб, потом в губы. Они соленые.
– Ты героиня, – хрипло произношу я. – Моя героиня.
– Перестань. Все женщины рожают.
И лишь потом я осмеливаюсь заглянуть в маленькое личико. Сонечка посасывает грудь Алины, сморщив крохотный носик, а ее ручка сжимает палец Али с невероятной силой, несвойственной столь маленькому существу.
– Здравствуй, доченька. Алька, кто там говорил, что будет сын? – бормочу я, едва касаясь детской щечки. – Мы тебя так ждали. Доча… Сонечка. Я убью любого, кто посмеет тебя обидеть.
– Доча, это твой папа. И он будет сам выбирать тебе женихов, – усмехается Алина.
***
Через несколько дней мы приезжаем в роддом на выписку. И поедем мы не в мою холостяцкую квартиру, а в новый, еще пахнущий свежим ремонтом дом на окраине города. Знали бы вы, как мы делали ремонт? Я поменял три бригады, торопил их в надежде успеть до родов. Тихон Сергеевич сначала ворчал, что «старые дубы кряжисты и не гнутся», но, в конце концов, согласился переехать с нами. Правда, с условием, что его сибирский особняк мы продавать не будем. Алинка обустроила комнату для него и частенько гостящих у нас мамы и Лии.
– Ура! Поздравляем! – кричит Лия, взмахивая ладонью.
После ее жеста из-за угла выскакивают «помощники» – фотограф и аниматор, одетый в костюм Босса-молокососа.
Улыбаюсь маленькой оплошности – скорее всего, Алька убедила всех, что родится мальчик…
– Красивая малышка, поздравляю, внучка. Теперь моя мечта сбылась, можно и… – грустно вздыхает Тихон Сергеевич.
– Дедушка, не говори так. Живи подольше, родной.
– Аленький, у меня для вас подарок, – подмигивает моя мама. – Дома вручу. И не удивляйся, это всего лишь ювелирный комплект.
– У меня тоже, – пожимаю плечами я.
– И у меня для тебя… Для вас всех есть подарок.
– А Сонечка тогда кто? Ну, ты даешь, внучка. Давид, едем уже или что? – ворчит дедуля.
Аля кивает, прижимая к себе спящую в розовом одеяльце дочку. Она удивительно спокойна.