Утром проснулся поздно. Повалялся в постели, пытаясь обуздать утренний стояк, который чудом не закончился во сне извержением семенного материала когда Машка Синицына почти сняла с себя бюстгальтер. С разочарованием, что так и не увидел, какая у одноклассницы грудь, поплелся умываться.
А лицо почти нормальное! С шестого класса такого не видел! Может портал повлиял⁈ Хорошо, бы! Быстро завтракаю яичницей из четырех яиц. Аппетит прорезался! Подтираю сковородку хлебом и прислушиваюсь к организму. Тот довольно урчал, обещая сообщить результат попозже. Беру кружку чая с молоком и тороплюсь к компьютеру.
Наши новости по-прежнему спешили сообщить, что в мире все плохо, но «там» гораздо хуже, чем здесь. Впрочем, такой же тематики придерживались все остальные государства, но в некоторых из них все-же проскакивали нужные мне новости. Никто! Никто не смог пробыть на той стороне больше полу часа. Преступники, которых оставляли там подольше, были возвращены назад в виде безмозглых овощей. Да-а! Похоже — кина не будет! Закрываю разочаровавший меня комп и задумываюсь над проблемой убийства времени. Наверное, мама права. Щупаю свое шелушащееся лицо. Пойду ка я на городской пляж, пока погода позволяет, и полюбуюсь на девчонок в купальниках. Настроение взлетело, и я быстро собрался, взяв с собой большое полотенце и сменные трусы.
Август радовал тридцатиградусным теплом и на широком пляже нашей реки было не протолкнуться от разной степени обнаженных тел. Самые симпатичные старались показать побольше, а страшненькие прятались под зонтиками. Люблю современных девушек. Вон тех в узких полосочках ткани и ту, что стоит спиной, фигуру которой пересекали две тонкие веревочки. Одна на спине и другая на поясе. Третью скрывали две выпуклые булки, притягивающие к себе множество взглядов. Жду, когда девушка повернется ко мне передом, и спешно закрываюсь пакетом с полотенцем. Как тут можно раздеваться⁈ В шортах, что ли, ходить⁈ Расстилаю полотенце, дожидаюсь момента, когда мой дружок немного успокоился и снимаю шорты. Теперь в воду! Хорошо!
Наплавался и насмотрелся до одури. Кожа покраснела и обещала слезть, если ее не смажут чем-нибудь. Итогом дня стало загорелое лицо, красные плечи и мокрые трусы, которые пришлось стирать под утро, когда Машка все-таки показала мне свои прелести. Хе-хе! Шелуха на лице почти сошла вместе с кремом, и я радостно осматривал непривычно-чистое лицо. Теперь и к одноклассницам можно поворачиваться без стеснения за свои прыщи! Хо-хо! Живем! В приливе чувств, сделал зарядку с гантелями, щупая свой хиловатый бицепс. Если лицо поправится — нужно и тело подкачать! Есть захотелось со страшной силой. По-быстрому, сварганил кастрюльку манной каши и растопив маслица на ее поверхности умял с большим куском хлеба. Никогда так много не ел!