«Говорил ведь — надо было продумать развлекательную программу. Оргию хотя бы устроить перед переговорами, как в старые добрые времена. Пусть лучше получали бы удовольствие и знакомились, а не мечтали перерезать друг другу глотки.»
Древняя сущность, связанная со мной ментальным каналом связи, продолжила что-то говорить. Рассказывая о том, что раньше умели нормально развлекаться, а вот новое поколение уже никуда не годится.
Краг же злобно скривился, из-за чего его тройной подбородок заходил волнами.
— Я это запомню, Ардан. Даже не сомневайся. Никто не смеет угрожать…
Договорить он не успел — на середине его фразы распахнулись величественные створы врат Стального зала, в четыре человеческих роста каждая. Головы присутствующих разом повернулись в сторону входа, чтобы рассмотреть нового гостя. А в следующую секунду внутрь влетело изломанное тело в форме Корпуса.
Воздух наполнили удивлённые восклицания. Да и внутри меня ярко полыхнуло изумление — находясь в одном из самых защищённых мест вселенной, такого увидеть точно не ожидаешь.
Тем не менее, среагировал я в ту же секунду — молнией устремился к проёму. Но не успел. Без Изначальной силы мои возможности были ничуть не выше, чем у обычного человека. Врата зала с грохотом закрылись, когда я был только на половине пути.
Артефакт связи я задействовал в тот же миг, как бросился вперёд. Вот только адъютор, который должен был постоянно находиться в контакте со мной, не отвечал. А иных способов связаться с внешним миром отсюда не было. Открыть врата изнутри тоже было невозможно. Предки-основатели сделали всё, чтобы исключить соблазны во время переговоров.
Воздух разрезали десятки голосов — участники встречи вскочили со своих мест, решив разом попытаться выяснить, что происходит. Некоторые вовсе сцепились между собой. Я же повернул голову к Стражу, которого забросило внутрь. И узнал его. Робур. Мой второй ликтор. Тот, кому была поручена охрана подступов к Стальному залу.
Его правая рука была вытянута в мою сторону, а губы что-то шептали. Несмотря на страшные раны, воин был жив. И пытался что-то сообщить. Я даже разобрал по губам отдельные слова. «Алейра», «ловушка», «спасти». Впрочем, чтобы броситься к нему, мне хватило и первого из них. Имени дочери.
Стоило мне сделать шаг в его сторону, как пространство вокруг залило ярким сиянием, а ноги внезапно провалились в пол. Как будто под ногами вдруг оказалась болотная трясина.
В первый момент я даже не понял, что произошло. Стальной зал считался неприступным местом. Тем более сейчас, когда здесь проходили переговоры, и его артефакторная система находилась в защитном режиме.