— Юлианна завела моду ему названивать, — хохотнул Греков. — Мол, ей старший княжич всегда больше нравился, а наше княжество — почти как родное, и если уж она освобождается, то почему бы и не соединить их судьбы.
— Она навязчивая, — согласился я. — Ко мне липла, пока не поняла, что это бессмысленно.
— Прохоровым ее теперь будет сложно пристроить в хорошие руки, — заметил Греков. — С ней княжество теперь в комплекте не идет, а содержание хорошо так урезали, так что…
Если я мог о чем-то пожалеть в сложившейся ситуации, то только о потере потенциальной покупательницы. Не очень надежной покупательницы, которая стремилась получить себе желаемое даром и соглашалась платить, только когда не оставалось других вариантов. А с урезанным содержанием ей придется урезать и свои хотелки — мои изделия ей сразу становятся не по карману.
Переживал ли я из-за этого? Вот еще. В этом мире есть куча особ женского пола, которые готовы платить огромные деньги за то, чего нет у других. И большинство из них куда воспитаннее Юлианны.
Короче говоря, за разговорами мы засиделись допоздна. И сидели бы дольше, если бы Греков не напомнил, что у меня должен быть режим, пока не закончатся соревнования. Мол, пить я не пью, но недосып тоже вреден. После этого гости засобирались, я вручил каждому по флакону отрезвляющего зелья, хотя к этому времени хмель почти у всех вышел.
Олег попросил себе тоже, намекнув, что не хотел бы посторонних влияний при первом испытании артефакта-змейки. Ему я выдал флакон, как только проводил гостей, после чего мы разошлись по спальням.
Утром, когда я пришел на кухню после полной разминки и душа, обнаружил от дяди только записку. Мол, отъеду по делам обеспечения рисовальных принадлежностей, но в аэропорт отвезу. Значит, артефакт сработал и Олег получил набор знаний.
«Прилично рисовать он всё равно начнёт нескоро, — намекнул Песец. — Конечно, с модулем он много чего получил, но это много и отрабатывать придется. Но первый шаг в правильном направлении сделан».
Мне казалось, что Олег доволен, что получил из знаний Древних что-то персональное, чего нет у меня. Да, у меня ситуация получилась уникальной, но всё же на одного меня слишком много всего свалилось. А так груз даров уже разделился на нас двоих. Если Олег еще добьется успехов на новом поприще, то он будет полностью счастлив, а я не буду испытывать перед ним чувство вины: он столько лет занимался археологией — а Песец достался мне.
Размышлял я опять слишком громко.
«Ерунда это все, — авторитетно заявил Песец. — Не распорядился бы Олег мной так, как ты. Сам подумай. Фехтование и магия ему неинтересны. Алхимией и кулинарией заниматься он не стал бы. Кожевничество? Так и там требуется алхимия. Нет, я попал к тому, кто возможностью распорядился лучше, так что все правильно. Сейчас твой дядя сможет выбирать, что ему нужно, и учить это. И, подозреваю, полезного там будет немного. Если бы я не настоял на рисовании и садоводстве, запланировал бы он себе к изучению всякой ерунды еще вчера».