Большие ставки — гибкие правила. Если не можешь победить честно — побеждай бесчестно. Главное не попасться!
— Это кто посторонний? Я посторонний? — искренне возмутилась Ланилла. — Да я вот этими вот руками каждого из шести големов…
— Ломала, — вставил я с усмешкой.
— Злой ты! — надулась она. — Когда я что-то ломала? Мы даже твоего «Егеря» почти вовремя собрали. Вот попроси у меня еще хоть раз помощи, — мстительно пригрозила она.
— Пошли Шилин встречать, технический гений.
— Как хорошо это прозвучало, — улыбнулась она и тут же насторожилась. — Где подвох?
— Я опустил первое слово.
— Это какое?
— Безумный.
— Звучит все еще неплохо, — небрежно обронила она, пристраивая свою руку мне под локоть. — Куда лучше, чем возможный чемпион.
Слово «возможный» она выделила особо, пропущенная приставка «не» читалась без слов.
— Будущий, — поправил я девушку. Та в ответ только многозначительно усмехнулась.
Стоило нам выбраться из ложи, близнецы позабыли про газету и пристроились следом.
На стоянку команды нас пропустили. Из любого правила есть исключения: член команды может провести несколько человек, но только к големам своей команды.
Наконец возле трибун заиграли фанфары, закричали зрители, получив свою минуту славы, «Дракон» с чайкой на корпусе направился к стоянке. Когда мех появился на дорожке, один из техников флажками указал ему место. Встав на него, могучая машина начала пригибаться клиновидным корпусом к земле.
— Да! — раскрасневшаяся от радости Шилин выбралась из «дракона», вскинув руку в победном жесте. Техники поддержали ее жидкими аплодисментами и девушка картинно им поклонилась, прежде чем спуститься на землю.
Все любят выигрывать. А рассказы, что победа не главное — не более чем успокоительное зелье для проигравших неудачников.
Вернувшись в гостиницу, баронесса Синна Веран не особо удивилась незваному гостю, а вернее гостье в своем номере.
Эффектная кареглазая блондинка по-хозяйски расположилась в гостиной, накинув на плечи один из ее шелковых дхивальских халатов. Влажные волосы говорили о том, что гостья только что принимала ванную.
Баронесса и сама была бы не прочь понежиться в горячей воде — это ее успокаивало. Но пока что о ванной придется забыть, ведь у ее гостьи первый номер, а у нее только четвертый.
— Как все прошло? — спросила первая. — Старый лев ни о чем не подозревает?
— Он всегда подозревает, — поморщилась баронесса. Закрыв дверь на ключ, она упала в одно из кресел, помассировала виски. — Всегда и всех! Особенно меня. И тех жалких подачек, что я ему скармливаю в качестве двойного-агента, слишком мало, чтобы он стал ручным.