— Хороший бой, — скупо похвалил меня мастер-наставник Толдокар, похлопав по плечу.
— Только быстрый, — вставила явно нервничающая Шилин, сегодня ей тоже предстояла схватка. — Как ты так точно все рассчитал?
— Просто повезло с победной точкой, — признал я. — Если попадешь в такую же ситуацию, то даже не пытайся повторить. И будь особенно осторожна в месте моей засады. В двухстах метрах к северо-западу небольшой пригорок. С него это укрытие как на ладони.
— Эй, яйца курицу не учат! — возмутилась девушка, вспомнив, что она без двух минут оруженосец, а мне до этого статуса еще более двух лет учиться.
— Слушай, что тебе говорит твой капитан, — встал на мою сторону наставник Толдокар.
— Да запомнила я все, — сдала назад Шилин, возмущенно раздувая ноздри. — Ненавижу ждать! — призналась она, нервно расхаживая возле своего «Зеленого дракона» с большой белой чайкой, нарисованной на корпусе.
Тут я с ней согласен. Меня тоже ожидание всегда выматывает и злит
— Гарн, ты где? Ты вернулся? — раздался в моей голове зов Ланиллы. — Приходи на трибуны.
— Зачем?
— Мне скучно, а ты мне должен!
— У меня только что был бой.
— А у меня тут целый стол всяких вкусностей, — как бы невзначай добавила она, заставив меня машинально сглотнуть слюну.
Что же, должен признать, Ланилла знает, чем меня соблазнить. Повар у почтенного Загима отменный. Лучше, чем у Сагара, но чуть хуже, чем у Константина.
— Я потный, грязный и хочу принять душ, — выдвинул я последний довод, но это больше походило на акт полной капитуляции и попытку оправдаться.
— Протрешься душистой водой. У меня есть. А вообще не стоит. Запах пота меня заводит. Так что жду. Крытые трибуны для важных гостей. Первый тебя встретит и проводит.
Своих телохранителей Ланилла давно уже называла по номерам. Признаться, я даже не знаю их имен. Надеюсь, если кто услышит такое обращение, не сочтет за скрытое оскорбление принцев империи?
Долго идти не пришлось. Ложи, построенные для аристо и богатеев, располагались ближе к воротам. Особыми изысками данные конструкции не отличались и были драпированы крашеной парусиной, но это лучше, чем сидеть на простых, открытых ветру и дождю деревянных трибунах, да еще и заполненных до отказа. Впрочем, было и несколько лож затянутых яркой парчой, которые предназначались для принцев и наиболее высокородной части гостей.
Первый поджидал меня на входе в эту привилегированную часть трибун, отделенную от прочих почтенных горожан не только невысоким забором, но и цепью латников городского гарнизона.
Проводив меня до нужной ложи, он молча указал на вход, а сам остался в проходе, рядом со вторым «близнецом».