— Вы очень умная девушка, теперь я уверен в том, что с вами будет пообщаться вдвойне приятнее и втрое интереснее.
Она ушла, но её улыбка осталась. По ходу этого короткого разговора она мне этих улыбок подарила без счета. Редкий человек, ведь сразу же видно, что это не наносное, не придуманное, а идущее от сердца, от души. Она это всем без разбору дарит. Повезло кому-то, если она замужем.
Через минуту она вернулась, но не одна, а с хозяином, который сразу льстиво заулыбался и разразился тирадой. Это уже не русское, за границей я бываю, там все подряд тебе улыбаются, особенно если кредитка отсвечивает платиной или золотом. Но те улыбки силиконовые, за деньги. Что-то вроде проституции…
— Какая честь… Я так рад… Это главное событие всей моей жизни! Таких людей здесь у нас ещё никогда не было. Вы позволите мне об этом всем рассказывать?
— Добрый день, уважаемый. Я не против, но не лучше ли будет для вас, если я приду сюда ещё раз. Тогда вы уже будете всем рассказывать, что мне всё очень понравилось, и я стал постоянным клиентом.
— О таком я даже не мечтаю. Как бы я ни готовил, но сравниться с главным поваром самого Императора…
— Это пусть судят те, кто может сравнить. То есть я. Обедать в одиночестве я не люблю, поэтому пригласил Милену, вы ведь не будет возражать?
— Это такая честь… Я вам так признателен… Но не буду вас отвлекать и навязываться. Приятного аппетита!
Трактирщик опять улыбался. Льстивая и натужная улыбка скорее раздражала, и я был рад, когда он удалился, всё ещё улыбаясь и кланяясь.
— Не нужно так смотреть. Он хороший человек, просто не привык к знаменитостям и вельможам.
— Не буду, уговорили. Но вельможам? Забавно… Я простой парень из обычного питерского дворика.
— Да ну? Одно то, что из Питера — это уже медаль. Дворики маленькие там только в центре, в старой части города. Там чаще всего живут коренные жители.
— И это ещё одна медаль? Просто за то, что я там родился?
Милена на меня весело посмотрела и стала выставлять с подноса на стол многочисленные блюда, кувшин, стаканы, приборы. Я посмотрел на другие столики. Три группы стражей и два игрока сидели за столиками в зале. Там было тихо, и все смотрели в нашу сторону.
Чёрт, не люблю я этого. Как на витрине сидишь, и все прохожие на тебя таращатся. Ладно, пусть их… Попробую не замечать. Но то, что ни у кого на столах нет такой белоснежной скатерти и серебряных приборов, мне в глаза всё же бросилось.
Настроение стало портиться. Ну не моё это всё, я уже хотел что-нибудь сделать, но вдруг рядом раздался весёлый смех. Милена, всё ещё расставляя всё принесённое на столе, так искренне рассмеялась, что я забыл о неловкой ситуации и залюбовался ею.