Придвинув к топчану последний предмет тюремной мебели — круглый трехногий табурет, Константин бодро выложил на него часть подготовленной трапезы. В кульке из вощеной бумаги оказались изумительно пахнущие пирожки, вроде тех, что я покупал на вокзале. Также в корзинке обнаружилось два круга копченой колбасы, пучок зелени, свежий хлеб и жареная курица.
От такого обилия я непроизвольно сглотнул. Из-за дуэли я пропустил обед, а время сейчас ближе к позднему ужину. Это пока в поле зрения не было еды, а в голове бродили мрачные мысли, голод не давал о себе знать. Но теперь желудок громко, протестующе заворчал, напоминая о себе.
Услышав этот утробный глас, Константин только улыбнулся в тонкие наметившиеся усики и широким жестом указал на импровизированный стол:
— Не стесняйся. Налетай. Конечно, это не парадный обед в моем поместье, зато и с батареей столовых приборов возиться не надо.
Уговаривать себя я не стал, тут же отдав дань уважение мастерству неизвестного мне пекаря. Голод — лучшая приправа к пище. А чувство какого-то там стыда покинуло меня еще в те времена, что не должны настать.
Константин взял бутылку вина и эффектно вытянул пробку, небрежно проведя ладонью над горлышком. Со стороны казалось, что та сама прыгнула к нему в руки.
«Телекинез, второй круг!» — механически отметил я, активно работая челюстями.
В былые годы и сам так развлекался, когда только изучил данное заклинание. Но концентрация и легкость, с которой барон оперировал маной, внушали уважение.
— Видел Сагара на выходе. Похоже, вы уладили все ваши разногласия?
— А толку? Он там, — кивок на дверь, — а я в узилище. — Разговор с виконтом внушал надежды, но полностью перебить мой скептицизм не мог. — Хотел бы я знать, кто нас сдал.
— О-о, тут я тебе с легкостью могу помочь. — Отсалютовав бутылкой, Константин сделал глоток прямо из горла, довольно крякнул, передал бутылку мне и продолжил: — Заложила вас с Сагаром наша рыжая староста Амита. Из-за чего репутация лассы Гонар в академии стремительно катится на социальное дно. Доносчиков никто не любит.
— Девочка хочет сделать карьеру, но способ выбрала неверный.
Злиться на старосту у меня почему-то не получалось. Она сделала глупость, но дети часто делают глупости. А относиться к моим сокурсникам как-то по-другому мне сложно.
— Скорее, поставила не на того человека, — внес поправки Константин. — Чего не пьешь? Отличное же вино!
Сделав глоток, я с ним мысленно согласился.
А барон продолжил:
— Рыжуле следовало обратиться к нашему куратору или к куратору первой группы…