Вот теперь все официально, осталось только зарегистрировать в геральдической палате герб.
Вообще-то после подобной церемонии полагается еще и пир, в наше время замененный пышным приемом. Но сейчас всем, не до этого.
Надеюсь, хоть теперь-то меня отпустят? А то голодным, я становлюсь излишне раздражительным. И вместо слов благодарности скажу то, что думаю, а оно многим не понравится.
— Добро пожаловать в не очень дружную, но очень важную команду золотарей, Гарн Вельк, — чуть-чуть опередив старшего брата, поздравил меня третий принц, хлопнув по плечу, словно старого приятеля.
Не успела закончиться одна мизансцена этого спектакля жизни, как начинается другая. Третий принц все еще не теряет надежды перетащить меня в свой лагерь. Или хотя бы убедить дорогого брата, что я тяготею именно к северу.
— Надеюсь, что буду достоин оказанной мне чести. — А что еще отвечать? Правду? Есть и более простые способы самоубийства.
— Уверен, что будешь, — согласился он, вновь похлопав меня по свежему синяку на плече.
— Поздравляю, маркграф, — в противовес брату, коротко бросил первый принц, решив не играть в напускное дружелюбие, и тут же удалился по своим делам, породив во мне невольную волну симпатии.
Я не канат, чтобы меня перетягивали туда-сюда между севером и югом.
Третий принц ушел следом за первым, но мои мучения на этом не закончились — пошли поздравления от представителей фольхстага. Как короткие, так и более длинные, наполненные противоречивыми полунамеками. Если поначалу я их еще хоть как-то слушал, то затем просто кивал, словно фарфоровая игрушка-болванчик, и улыбался.
Только когда число мнимых доброжелателей закончилось, ко мне подошел железный маркграф.
— Привыкай, но не обольщайся, — посоветовал он, не став утруждать себя надоевшими поздравлениями, искренности в которых не было и на ломаный кин. — Сегодня они тебе улыбаются, а завтра с удовольствием плюнут, а то и помочатся на твою могилу. И не факт, что не приложат руку к тому, чтобы тебя в нее положить.
Справедливое замечание. До сих пор не верю, что эта безумная затея сработала. Знать бы еще, зачем императору понадобилось делать именно меня маркграфом? Дело ясное, что дело нечистое. Может и правда что-то не так с моим происхождением? А то можно подумать я не замечал всех этих пристальных, изучающих взглядов железного маркграфа и Сумана Второго. Что такого они увидели?
Нет, нужно срочно валить из столицы в Вольную марку, пока меня не затянул водоворот местных интриг.
То же восстание «мастеровых», ни за что не поверю, что эта организация обходилась без надежного покровителя где-то наверху. Возможно, что таких покровителей было несколько. Иначе поразительную близорукость охранителей и Третьего отдела не объяснить. Да и слишком нагло «мастеровые» действовали в последние годы, правда и не переходили определенную грань.