— Гм, а ты ж говорил, что ружьё никак к дрону не приделать, — напомнил Кудрявцев, хитро прищурившись. — Что, мол, он перевернётся от выстрела или вообще разлетится от отдачи.
— Так я и не отрицаю, — ответил я, готовый к этому вопросу. — Лёгкий дрон для стрельбы из огнестрельного оружия действительно не подходит. Тяжёлый, разумеется, сможет нести что-то вроде той же крупнокалиберной винтовки, но отдача при выстреле всё равно будет проблемой. В данном же случае речь идёт о подводном оружии. А это, насколько я помню, совсем другой принцип стрельбы. — Я взял в руки одну из стрел и прикинул её вес. — В подводных ружьях используется несколько систем. Бывают пневматические — там сжатый воздух толкает поршень, и гарпун вылетает. Бывают арбалетного типа. Бывают пружинные. Но во всех этих системах скорость гарпуна относительно невелика, и масса его небольшая. При этом отдача там вообще никакая по сравнению с огнестрелом. Представьте себе мощную рогатку, выстрел может быть достаточно сильный, и при этом отдачи практически нет. Тут, вероятно, подобный принцип — гарпун лёгкий, ускоряется плавно и без взрыва пороха, а соответственно почти без отдачи. Поэтому скорее всего данный дрон, даже при таких относительно компактных габаритах, вполне может нести устройство для стрельбы стрелами-гарпунами и стрелять ими при этом не боясь перевернуться или сбиться с курса.
— А винты? Почему они в кожухах и такой странной формы? — не унимался напарник.
— Вероятно, для защиты от брызг, если дрон будет взлетать с водной глади, а заодно для снижения шума. Я, разумеется, могу только предполагать, но мне кажется это из-за того, что вода и воздух — разные среды, и обычный винт на воде будет работать плохо, брызги могут попасть на электронику. В кожухе же поток направленный, плюс звук глушится. Судя по всему, это образцы для специальных подразделений, которые выполняют специфические задания в тылу врага. Может быть подобные аппараты предназначены для запуска с катеров, лодок или надводных кораблей. Ну, или для десантных операций.
Анна внимательно слушала, а потом тихо спросила:
— Николай, а вот все эти новые дроны… ты сможешь во всём этом разобраться? Мы сможем их применить?
Я посмотрел на неё, потом на Сергея, потом на Галину Ивановну, которая, внимательно слушая, молча стояла в стороне.
— Сможем, — ответил я. — Но не сразу. Сначала нужно всё изучить, протестировать и понять, как это работает. Однако сами видите — потенциал огромный. С такими игрушками мы можем не только работать по округе, но и атаковать там, где нас совсем не ждут.