— Да легко, я и так еле стою, — махнул я рукой, которую моментально обожгло лёгкой болью. Одного из охранников снесло волной воздуха и впечатало в забор. — Ой!
В ответ в меня начали стрелять, из стен полетела каменная крошка. Пришлось укрыться за углом, поближе ко входной двери. Конечно, это оказалось плохой идеей.
— Что здесь происходит⁈ — распахивая дверь, крикнула одна из надзирательниц, Лиза. Я попытался увернуться от тяжеленный двери, оступился и… выпал в пролом.
Кто говорит, что три этажа — это высоко? Земля приблизилась мгновенно и только резкий удар заставил меня прекратить орать. Снова стало темно.
Почему мне показалось, что я не долетел о плитки?
— Он что сделал?
От этого вопроса веяло жутью, хотя говорившая это девушка выглядела скорее мило, чем пугающе: аккуратное скромное платье по фигуре, тёмно-синего цвета; лёгкий белый пиджак на плечах; бледная кожа и горящие здоровым румянцем щёки, будто она только вошла с улицы. На тонких пальцах — аккуратные кольца с полудрагоценными камнями.
Выделялись лишь две вещи: небольшая брошь в форме черепа ворона, покрытая тёмной эмалью, да глаза, пылающие красными бликами. Под огнём этих глаз сейчас в страхе трепетали четверо: три женщины и мужчина.
— Он выпрыгнул в пролом в стене, который сам сделал с помощью воздушной магии, Госпожа… — отчитался Марк Константинович, начальник охраны поместья, старый вояка с шикарными усами. Солидность этих усов признавала даже Госпожа.
Госпожа вздохнула: не вина цепного пса, что к нему выпустили боевого сокола.
— Меня больше интересует, как мальчишка без магического потенциала, оказался столь одарённым, что применил заклятие пятого уровня? Кое-кто клялся, что он единственный в их семейке, не имеющий даже минимальной предрасположенности к дару. И именно поэтому он до сих пор жив.
Светлана Яровая вжала голову в плечи, в надежде, что это обращались не к ней. Сейчас она была одета в обычное серое платье — она только сняла кожаную форму, когда раздался сигнал тревоги.
— Госпожа! Я не виновата!
Светлана почувствовала, как на неё смотрят все, дырявя взглядами спину. Семейство Шторма она считала козлами, а уж эти Вороновы… Она себя остановила, чтобы не дать эмоциям себя захлестнуть.
— Я провела самые дотошные проверки. Ни одного признака, говорящего о наличии дара. Только повышенное либидо, что свойственно подросткам.
— Мне не нужны оправдания, — спокойно и отстранённо сказала девушка в синем платье, смотревшая на присутствующих сверху вниз.
— Госпожа, — склонила голову Светлана, — я могу предположить, что во время… разговора, моя коллега слишком сильно воздействовала на юного Шторма. У него теперь есть повреждения в мозге которые, однако, залечены.