— Это не то, чем я готов пожертвовать. — строго ответил Мерлин: — Напиши сегодня заявление.
— Пап… А, как же моё мнение?
— Родная… Я просто хочу тебя защитить!
— Игнорируя мою простую просьбу? А, что, если у Князева не получится? Я не хочу прожить остаток своих дней в заточении. Тут у меня хотя бы есть друзья!
— Я изловлю для тебя Голубику!
— Агонёк принадлежит Осокину и не отходит от него. Причём, ты это прекрасно знаешь. К тому же, в чём смысл силком тащить ко мне людей? Голубика приходит ко мне каждое шестнадцатое число месяца. Придёт и в этот раз! Если посчитает нужным.
— Я волнуюсь.
— Ты всегда волнуешься! Но… позволь мне пожить так, как я хочу, хотя бы на этот раз? Без огромных металлических дверей… Гиперопеки… И толпы из охранников. Ладно? Я хочу хоть немного почувствовать себя ЖИВОЙ.
Последние слова больно полоснули по сердцу Мерлина. Он тяжко вздохнул и произнёс:
— Твоё желание для меня закон.
— Спасибо, пап… И давай там уже заканчивай волноваться! Всё будет хорошо. Понял?
— Да. — Артов вновь посмотрел на портрет покойного отца: — Всё точно будет хорошо.
— Вот и славно! Люблю тебя. Пока.
Гудки… Такие протяжные и слегка подвывающие.
Теперь дело оставалось лишь за малым. От успеха мероприятия зависела судьба Сонечки. И ошибаться Мерлину было нельзя.
Набрав номер, дедок приложил старый телефон к уху.
— У аппарата.
— Фёдор Александрович? Доброго дня вам. Это Станислав Артов. И звоню по очень важному вопросу. Буквально жизни и смерти…
— Я вас внимательно слушаю.
Пока я ломал голову над тем, как бы так поскорее сделать разрядную бомбу — мне, как снег на голову, упал сам Мерлин!
Признаюсь, поначалу мне хотелось бросить трубку. Ведь этот чёртов интриган успел меня нехило так выбесить за прошлую неделю. Однако, я подумал, что держать друзей надо близко, а врагов — ещё ближе.
— Дело касается дворянского паритета. — сообщил Артов: — И… одной небезызвестной сыворотки. Вы готовы обсудить это завтра в восемь вечера?
— Хорошо. — спокойно ответил я: — Давайте обсудим. Я не против.
— Благодарю. Тогда… до встречи.
— Всего доброго.
Вот это поворот. Я бы даже сказал — очень удачный поворот.
— На завод мы уже не успеваем. — сообщил Семён, поглядывая на часы.
— Да я в курсе… Поехали домой. Как раз застану вечерние новости. — я потянулся и хрустнул шеей. Да уж… От хорошего массажа я бы сейчас не отказался. Вся спина затекла в этом огромном кресле перехватчика.
— Что Артов говорит? — поинтересовался Семён, глядя на меня через зеркало заднего вида.
— Хочет встретиться завтра. Поговорить насчёт дворянского паритета.