Но сначала нужно было понять среду его обитания.
Я огляделся. Особая механика балов скрывала разницу между NPC и игроками. Любой из них мог оказаться не тем, кем выглядел. Дресс-код требовал от игроков не выделяться, а продвинутый ИИ игры с блеском имитировал мимику, эмоции и поведение для NPC.
Я прислушивался. У группы тучных купцов в ярких шелковых камзолах разговор шел о делах насущных.
— … монополия «Мясников» на [Сердцевинную Руду] — это уже не просто бизнес, это удушение, — басил один, с бородавкой на носу. — Громм Железнорук в «Наковальне» уже втрое поднял цены на тяжелые доспехи. Говорит, сырья нет. А какое сырье, когда эти ПК-отморозки сидят на единственной шахте и диктуют свои условия!
— И ведь ничего не сделаешь, — вторил ему другой, более тощий и нервный. — Стража герцога в Золотые Холмы не суется. «Дела странников», говорят они. А страдаем мы, купцы! Герцог Леонардо ди Лирия давно бы навел порядок, но это земли дома Валетти, а они, похоже, только рады. Чем слабее ремесленники, тем больше власти у крупных торговых домов. Классическая игра!
Я мысленно поставил галочку. Конфликт вокруг руды был глубже, чем я думал. Он был частью большой политической игры между герцогскими домами Лирии и Валуа. И Костоправ был в ней не простым бандитом, а инструментом давления.
Оставив купцов обсуждать свои убытки, я плавно переместился к следующей группе, расположившейся у массивного гобелена с изображением основания Королевства. Это были молодые аристократы, дворяне из северных земель, чьи доспехи под парадными костюмами, я был уверен, были куда функциональнее, чем здешние шелка.
— … отец говорит, что герцог де Валуа снова бряцает оружием, — с юношеским задором говорил один, светловолосый и голубоглазый. — Собирает дружину, укрепляет северные заставы. Говорят, нордические кланы снова объединяются под знаменем какого-то нового ярла. Вот где настоящая битва, а не эти ваши торговые войны!
— Пустое, — отмахнулся его более циничный собеседник, вертя в руках бокал. — Старики всегда готовятся к прошлой войне. Пока они смотрят на север, вся настоящая слава и богатство добываются внизу, в забытых богами подземельях. Ты слышал о «Полуночных Гончих»?
При упоминании этого названия у меня в груди что-то неприятно сжалось.
— Это те безумцы, что вычистили Крипту Разрушенного Монастыря? — встряла в разговор молодая леди в фиолетовом платье. — Мой оруженосец рассказывал. Говорит, они пошли туда впятером, почти без доспехов, с обычными дубинами, чтобы, цитирую, «не портить экспириенс лишними статами». Их воин держал на себе трех костяных исполинов, пока их остальные вырезали весь второй этаж. Это же чистое безумие! Но они вышли оттуда с [Сердцем Хранителя].