Стена между мной и Светой росла медленно, но неумолимо.
А потом появился «НейроВертекс», мой «Ковчег», и я с головой ушел в него. Я жил им. Я дышал им. Я строил цифровую вселенную, и мне не было дела до той маленькой вселенной, что угасала в моей собственной квартире. Развод был не трагедией. Он был логическим завершением процесса. Закономерным итогом.
Сожалел ли я?
Нет. Это была не ошибка молодости, а закономерность. Встретились два человека, которые смотрели в разные стороны. Если бы можно было вернуться, я бы, наверное, что-то изменил. Попытался бы больше говорить, меньше думать. Но я не мог жалеть о том, кем я был. Я был архитектором систем. И это определяло все. Мысли сделали круг и вернулись к тому, что по-настоящему болело.
Аня. Наш недавний разговор. Я снова прокрутил его в голове, но уже с этим новым, горьким пониманием. Я поступил с ней так же, как когда-то со Светой. Она показывала мне свою душу, свой огонь, свою страсть. А я… я оценил качество продукта. Проанализировал композицию и выбор шрифта. Я снова надел маску «душного» старика и говорил с ней через непроницаемое стекло. Она пыталась достучаться, а я просто составлял отчет.
Стена между нами никуда не делась. Я сам продолжал ее строить, кирпичик за кирпичиком, из собственного рассеянного молчания и отстраненного анализа.
Я посмотрел на свой монитор.
Красные и зеленые пятна на тепловой карте. Работа, которая больше не приносила ничего, кроме денег. А потом мой взгляд сместился на второй, темный экран. Где-то там, в цифровой темноте, меня ждал другой мир. Мир, где мой способ мышления был не проклятием, а даром. Где я мог строить, а не только разрушать.
И я понял, что миссия в «Солнечном Гребне» — это нечто большее, чем месть или деньги.
Это было доказательство. Доказательство самому себе, что мой путь, мой подход, мое умение видеть систему — имеют значение. Что элегантное решение способно победить грубую силу. Может, я и не мог починить свой реальный мир, но я мог построить что-то в виртуальном.
Вечер опустился на Золотые Холмы, как бархатная занавесь, усыпанная бриллиантами звезд.
Поместье «Солнечный Гребень» было главным алмазом в этой короне. Оно не просто светилось — оно сияло, залитое сотнями магических фонарей, их свет отражался от фонтанов и превращал сад в сказочное королевство. Издалека доносились звуки музыки, смех и звон бокалов — гимн богатству и власти дома Валетти.
Эта идиллическая картина была нашей шахматной доской. А мы — фигурами, которые готовились сделать свой первый, тихий ход в самом центре вражеской территории.