— Молча. А я вернусь и проверю, — пообещала Муза.
Иван Иванович честно сел за лист. Но в этот день Муза не вернулась. А на следующий день ему в голову пришла другая идея.
— Да что там Великая Отечественная. Про нее все пишут, кому не лень. И в военном деле я не разбираюсь! Еще кто высмеет… А вот если написать что-то про Куликовскую битву?
А что! Пойдет!
— Земля кричала, как от боли…
Сверкали стрелы, как ножи…
Но без Музы все решительно не складывалось. И Иван Иванович расстроился.
Он решил дождаться ее прихода. А до тех пор проработать и другие идеи.
Идей было много. Но без Музы как-то не писалось.
Иван Иванович купил дорогую ручку. Купил шикарную белую бумагу с водяными знаками. Не писать же шедевр абы на чем?
Но — не писалось.
К тому же позвонили ребята и пригласили на футбол. Вот, надо им рассказать про идею… может, посоветуют чего?
В следующий раз Каллиопа заглянула к нему почти через неделю.
— ну и устала же я, — призналась муза, усаживаясь на компьютер. — Ладно, давай, показывай, что ты написал?
— Э… — замялся Иван Иванович… — я как бы… у меня тут появилась другая идея.
— Какая? — Музе явно было интересно.
— Ты ведь муза эпической поэзии тоже?
— Ну да.
— А если я напишу эпическую поэму про нашу современность, про перестройку, про то, как рухнул Советский Союз…
— Было это вовсе неожиданно,
Как любая подлость или смерть…
Муза кивнула.
— а что, пиши. Дело хорошее. А я посижу немного… знаешь, сколько у меня сегодня уже вызовов было?
— Сколько?
— Сто двадцать два…
Телефон зазвонил внезапно и пронзительно.
Каллиопа вспорхнула с кресла.
— Да Иван Владимирович. Уже лечу.
Сунула его в кармашек и повернулась к Ивану Ивановичу.
— Извини. Еще один поэт вызывает.
— Но ты не посидишь?
— Нет, конечно. Я обязана явиться на вызов. Работай! Прилечу — проверю!
Иван Иванович сел за стол. Но работалось как-то плохо. Ну что такое перестройка? Бардак с кошмаром! Неинтересно. И вообще… чего он в эти стихи уперся?
Может, попробовать прозу?
Но попробовать не удалось. Позвонил друг Гешка и пригласил на вечеринку. Иван Иванович подумал — и оставил бумагу в покое. Вот поговорит с Гешкой, может, польза какая будет?
Муза прилетела через десять дней. Усталая и растрепанная. И даже цветы у нее в волосах висели сосульками.
— Устала я… ну, показывай, что у тебя про перестройку?
— Да… я как-то без тебя написать не мог, — вздохнул Иван Иванович. — вот задумал тут… ты ведь и за прозу отвечаешь?
— Да я за все отвечаю, что вы, люди, накалякаете. Так что ты задумал?
— Написать роман. О нелегкой жизни современного человека.