Сам я не познал горестей нищего выживания, а вот мама моя хлебнула по полной. Поэтому я так и кривился, когда слышал сладкие обещания с экранов — еще лет десять-двадцать и все за нас будут делать роботы, а мы, вынув прежде не замечаемые серебряные ложки из задниц, начнем ими вкушать манну небесную, причем бесплатно. Пока же держитесь, крепитесь, рвите жилы, выживайте, страдайте. В эту чушь верить нельзя! И верить в это обидно. Да мама добилась определенного благополучия, опять же я вырос нормальным сыном и пусть внуком мать не порадовал, но все деньги нес в дом. Вот только стать обеспеченной под старость лет хоть и радостно, но почему-то привкус у этой радости горьковатый… ну это я так думал. Мама никогда не жаловалась. И тоже частенько повторяла — дальше будет лучше.
Дальше будет лучше…
Не будет. Нельзя обычному человеку думать о слишком далеком будущем. Когда у нас появились деньги в количестве достаточном для путешествий по разным странам, моей маме этого уже было не надо — она заболела. А потом окончательно угасла и умерла, так и не познав радостей той самой «лучшей жизни». Вся ее жизнь прошла в одном и том же сером районе огромной Москвы, там пролетели неслышно её годы и даже похоронил я её почти там же. Вот почему мне неинтересно что там будет через двадцать лет. Вот почему и вам не должно быть это интересно. Человек существо смертное, а какие они будут по качеству здоровья наши последние закатные годы нам дать не дано. Поэтому можно и нужно лишь будущее самое ближайшее — год, два, может пять. Все что лежит дальше — не больше чем грезы.
Да, я оптимист, я верю, что мир вернется на круги своя и привычная жизнь с изобилием и безопасностью снова станет обыденностью, вот только что-то не верится мне, что это случится в ближайшее десятилетие, если смотреть на всю случившуюся и продолжающую происходить разруху. То, что разрушается в мире за один день, восстанавливать придется месяц… если не год. Хотя тут я не специалист. В любом случае ждать привычной жизни придется лет так пятнадцать-двадцать — при условии, что все твари сдохнут разом и прямо сегодня. Сколько мне будет через двадцать лет или чуть больше? Уже шестой десяток разменяю, верно? Это при условии, что меня не сожрут твари или я не сдохну от какой-нибудь плевой болячки, ставшей неизлечимой из-за отсутствия больниц и врачей.
Поэтому, люди, хватит уже представлять, как вы скоро парой тычков по смартфону сделаете заказ пиццы или сходите прямо в тапочках в магазин у подъезда, чтобы купить еще одну бутылочку белого полусухого… Хватит думать о том, как на улицах снова будет чисто и безопасно…