Мне тоже досталось — левое предплечье багровело сплошным кровоподтёком и я его почти не чувствовал, несмотря на импровизированную защиту и то, что я старался сбивать удары палицами вскользь. Один раз так вообще подумал — амба, перелом.
— Не пойму, на что ты показываешь? — стоящий рядом вождь изо всех сил щурился, пытаясь разглядеть то, на что я указывал.
Да, согласен, разглядеть более чем с километра, перевёрнутую лодку и расплывшееся пятно было сложно. Впрочем, надо сказать спасибо, что Двурогие не успели выгрести в течение, тогда бы, боюсь, мои доказательства уже унесло.
— Далеко, — со вздохом согласился я. Покосился на Ата и предложил: — Пусть отец войны пошлёт лодку, тогда воины, надеюсь, смогут найти хоть какие-то останки.
— Воины сейчас заняты, — недовольно бросил Ата. — Им нужно сторожить пленных.
Да, когда от его руки пал предводитель Жёлтых, ещё стоящие на ногах чужаки запросили пощады. Набралось их с дюжину. Всё-таки помощь одного шустрого паренька… имею в виду себя, конечно, помогла нашим здорово. Хотя лично я убил только троих, но уж больно удачно они подставились. А потом и вообще вышел из боя, когда численный перевес на стороне Однобоких стал впечатляющим.
— Кстати, — словно вспомнив, я повернулся к вождю. — Что обычно делают с пленными в таком случае?
— Отпустим, — пожал плечами вождь. — Так принято.
Я ещё раз вздохнул — неприятно принимать такие решения:
— Нельзя их отпускать, — заявил глядя вождю в лицо. Поднял палец: — Сейчас поясню, выслушай. Смотри, вождь, что будет, если какие-нибудь воины ушли в набег и не вернулись?
Вместо вождя ответил Ата:
— Ничего не будет. Такое бывает. Им могло не повезти в море. Они могли прогневать какого-нибудь духа. Причин много.
— Спасибо, — кивнул я отцу войны и вновь обратился к вождю: — А теперь подумай, что начнут говорить о нашем племени, как к нашему племени станут относиться, если в других племенах узнают. Узнают, что воины двух племён… пусть нарушив обычаи и сговорившись, — я махнул рукой, — решили уничтожить наше племя и сгинули здесь все?
— Нас начнут бояться! — с энтузиазмом выкрикнул Ата.
— Вот! — не дав ему развить мысль, я заговорил вновь. — А что делают с теми, кого бояться, а? Вот к примеру, если рядом с деревней поселится колдун, что с ним сделают жители деревни?
Ага, похоже, такие мысли в голову отцу войны не приходили. Зато вождь схватывал информацию мгновенно. Он думал лишь секунду.
— Скат прав, Ата. Их надо убить. Всех. И нашим людям сказать, чтоб не болтали, когда торговцы станут приплывать.
Ата несколько секунд молча шевелил бровями, переваривая услышанное, а потом пару раз кивнул: