Я говорил жёстко, возможно даже слишком, но я чувствовал, что так было правильно.
— Мои бабушка и дедушка стали монстрами, — мальчик на удивление говорил спокойно и очень хорошо, будто взрослый в теле ребёнка.
— И поэтому мои ученики их уничтожили. К сожалению, от этого яда ещё не нашли лекарства. Хотя, — я поднял бровь, оценивающе оглядывая его внешность. — Возможно, ты сможешь.
— Я? — удивился он и даже подскочил. — Но как?
— Пока ты первый и единственный, кто остался в своём уме. Сам, без моей помощи.
— Но я ведь уже не человек, — опустил он голову, а из глаз потекли слёзы.
— А ты пил человеческую кровь?
— Нет, — помотал он головой. — Всё это время я просто сидел здесь и никуда не ходил. Меня мучает жажда, но я не поддался. Дед всегда говорил, что зависимости — зло, им подчиняться нельзя.
Сколько же он здесь просидел, вот так, один? Я попытался вспомнить, когда я его в последний раз видел, и по всему выходило как минимум три месяца назад.
— И в квартиру никто не заходил? — уточнил я.
— Почему же, — зло оглядел он вампиров. — Вот эти.
— Сегодня впервые за всё это время?
— Да, — кивнул он, а потом как-то недобро посмотрел на меня. — А почему вы с ними заодно? Мне кажется вы не из них.
— Потому что теперь они мои слуги. Теперь им запрещено пить человеческую кровь и отнимать жизни людей, если только не в целях самозащиты.
Мальчик нахмурился, а потом серьёзно сказал:
— Я не знаю, что мне делать.
— Попытаться жить дальше, — присел я рядом с ним. — И принести пользу.
— Вы мне поможете? — с надеждой спросил он.
— Помогу, — кивнул я. — А теперь расскажи, как ты тут оказался. Я же передал тебя полицейским.
— Я сбежал от полиции. Даже сам не понял как, вот я был в какой-то комнате, а затем захотел из неё выйти и будто насквозь прошёл стену. А потом вообще полетел и оказался дома.
Оболенский с женой переглянулись и удивлённо уставились на мальчика.
— Как твоё имя? — с улыбкой глядя на этого странного, я бы даже сказал, пугающего ребёнка, спросил я.
— Пашка я.
— Значит тёзка, — потрепал я его вихрастую голову. — Ладно, Пашка, поехали домой.
— Но, — неуверенно начал он и почти шёпотом добавил: — Я голоден. Очень.
Я понимающе посмотрел на него и призвал из ядра антиэнергию.
Глаза мальчика резко расширились, и он отшатнулся от меня, будто от прокажённого.
— Вы… вы… один из них?
— Нет, — покачал головой я. — Я — Павел Повелитель Слов, маг высочайшего уровня, а это лишь один из видов моей магии.
— Дед всегда говорил, — испуг сменился на восторг, — что великие люди среди нас и нужно быть просто внимательным, чтобы их не упустить.